Помочь сайту
Поздравления
Барон Унгерн, «чингисхан» немецкого происхождения
Сегодня в 08:20 -
paw
рассказ впервые опубликован в журнале "Камертон" https://webkamerton.ru/2026/03/baron-ungern-chingi...
------------------------
В этом году исполняется 140 лет со дня рождения и 105 лет со дня смерти барона фон Унгерн-Штернберга, русского военачальника времён Гражданской войны в России, генерал-лейтенанта Белой армии, видного деятеля Белого движения на Дальнем Востоке. Георгиевского кавалера. Автора идеи реставрации империи Чингис-хана от Тихого океана до Каспия. В 1921 г. получившего от монгольского богдо-хана титул «дархан-хошой-чин-вана»...
1986 год. Декабрь. Монгольская Народная республика. Город УлаангомУлаангом — административный центр аймака Увс. Родина маршала Юмжагийна Цэдэнбала, который 22 года был председателем правительства Монголии... Нас, группу советских специалистов, срочно командировали в этот «конец света», дабы мы помогли (в авральном порядке) сдать к Новому году в эксплуатацию строящийся комбикормовый цех. Многие не могут представить, что такое, когда за окном минус пятьдесят. Я поясню. Это такая погода, при которой из красного шарика, — того, что внизу термометра, — подкрашенный спирт совершенно не желает «высовываться»! Поэтому сколько там градусов — минус пятьдесят или по более, узнать невозможно, да и неважно. Поэтому, нацепив на себя всю имеющуюся у нас одежду (в буквальном смысле этого слова), мы отправились к главе города со странной немецкой фамилией Унгерн.
— Да! Я потомок того самого, и что с того? — на хорошем русском языке пояснил начальник, пропуская слова приветствия, — нас тут много, потомков солдат армии барона Романа Федоровича Унгерна фон Штернберга. Так сказать, наследили ваши соотечественники в наших краях, но, скажем так, — дела давно минувших дней, предание старины глубокой. Так зачем пожаловали, дорогие советские гости?
— За Архи, то есть за водкой! — дружно гаркнули мы, — без вашего бичига (документа, письма, распоряжения) её в магазине не продают.
— И правильно делают, — ухмыльнулся хозяин кабинета, — сами же знаете: мы, представители монголоидной расы, эту вашу гадость практически не перевариваем. Нет в нашем организме таких ферментов…
Но закончить эту фразу ему не дали.
— Во-первых, у меня сегодня день рождения! — бесцеремонно оборвав главу города, выступил вперёд наш сварщик — Семён Семёнович, — а во-вторых, очень холодно! Посему без жидкого согреву... ну... никак!
— Сколько? — буркнул Унгерн, — доставая блокнот.
— Ящик — также хором ответила делегация.
— Не могу! Он у меня всего один на весь аймак. Выпишу пару бутылок.
— Да вы что?
— На дюжину мужиков два пузыря?
— Смеётесь, что ли?
— Это же курам на смех!
Перебивая друг друга, загалдели гости.
— И каждому из вас от меня лично — новогодний подарок — по китайской ручке с золотым пером! А изменнику ещё и китайский термос, в нагрузку. Чтобы чай горячий всегда при нём был… для сугреву! — не поднимая головы и что-то чёркая в блокноте, пробормотал глава города.
Сорок лет спустяРоясь в своих «авгиевых конюшнях», я наткнулся на ту самую автоматическую ручку. К своему стыду, ни разу ею не воспользовался, ибо искать чернила и заправлять ими заграничный раритет всё как-то было недосуг.
***
Присел на стул и стал вспоминать. Нет, не того, местного монгольского «владыку» из далёких восьмидесятых, а настоящего Барона Унгерна (по немецкой классификации, «барон» — следующая ступень после рыцаря! — авт.) — одного из многочисленных «командармов» почти забытой Гражданской войны. Припомнилось, что однажды, двадцать лет назад, какой-то «безбашенный» депутат нашей Думы даже поднимал вопрос… о... реабилитации! Ведь додумались же в соседней Монголии в память о нём открыть целый музей, да ещё и памятник водрузить в Улан-Баторе.
Памятник Унгерну в Улан-Баторе Чего он добивался? Воссоздания империи Чингизидов или возвращения к власти бывших правителей — Романовых?
***
На этом снимке Унгерну 7 лет Роман родился десятого января 1886 года по н.с. и стал продолжателем именитого немецко-балтийского рода. С малых лет ему была уготовлена судьба офицера российской армии. Но сначала была гимназия (в этот период родители мальчика уже развелись, и он остался с матерью и отчимом, тоже немецким бароном). Учился парнишка неплохо, но его поведение было настолько ужасным, что Унгерна в конце концов из гимназии отчислили — за многократное нарушение всех норм и привил пребывания! И тем не менее родственникам через несколько лет удалось определить его в престижный столичный Морской кадетский корпус.
Вольноопределяющийся 91-го пехотного Двинского полка
Р.Ф.Унгерн-Штернберг1905 год
Из записей в личном деле кадета:
Был груб с преподавателями.
На занятиях вёл себя отвратительно!
Отрастил длинные волосы и не желал их укоротить.
Сбежал из карцера и демонстративно разгуливал по палубе!
Курил и прогуливал уроки закона божьего!Несмотря на то, что кадет учился вполне сносно, было принято решение оставить его на второй год! Однако помешала начавшаяся русско-японская война. Юноша рвался на передовую. Командиры и наставники предлагали доучиться, получить чин младшего офицера и уже тогда… Курсант поступил по-своему. Он покинул учебное заведение и отправился на войну с Японией в качестве вольноопределяющегося в 91-й Двинский пехотный полк. Это соединение, к большому сожалению юного барона, не участвовала в боевых действиях. И Унгерн, недолго думая, написал рапорт о переводе его в действующую казачью дивизию. Начальство просьбу «горячего воина» удовлетворило, но лишь отчасти. На фронт его отправили, но когда он прибыл к новому месту службы, война, увы, закончилась!
1906 годОтслужив рядовым, как и положено, целый год, Роберт Николас Максимилиан или попросту — Роман — подал документы в Павловское военное училище, ибо никакой иной профессии, кроме военной, он для себя и не помышлял. Закончив учёбу, отбыл в распоряжение 1-го Аргунского полка Забайкальского казачьего войска.
Стал превосходным наездником (что в дальнейшем не раз спасало ему жизнь). Получил в своё подчинение казачью сотню. Возглавил полковую разведку. Но вследствие отсутствия боевых действий разведывать было нечего. И молодой офицер развлекался как мог. Взял да и поспорил, что без карты и какого-либо снаряжения, взяв с собой только винтовку и лошадь, пройдёт по тайге несколько сотен километров. И прошёл! Вернувшись в часть — дрался на дуэлях. На память об одной из них на всю жизнь обзавёлся шрамом от сабли, до конца его дней «украсившим» его лоб. (Впоследствии он не раз жаловался на сильные головные боли. Некоторые считают, что его поведение не что иное, как последствие той дуэли, изменившей психику.)
1913 год. Монгольские князья начали восстание против китайских завоевателейУзнав об этом, Унгерн подаёт рапорт с просьбой откомандировать его в зону боевых действий. И получает... решительный отказ. Тогда барон подаёт второй рапорт — с просьбой об отставке. Постоянно твердя, что армия не нужна, если в ней запрещены подвиги! Уже как частное лицо отбыл в соседнюю страну: воевать за повстанцев. (На выданных ему документах красовалась убедительная надпись: «Добровольно попросившийся в отставку поручик Унгерн отправляется на Запад, дабы, как рыцари прошлых веков, совершать подвиги!»)
Обладатель сей удивительной бумаги не раз повторял:
— Восемнадцать поколений моих предков нашли свою смерть не в тихой постели, а на полях сражений! И я стремлюсь к тому же самому.
***
Без проводников и даже без запасной лошади полгода проведя в тайге, он таки добрался до Монголии. Хотел присоединиться к отряду то ли бандита, то ли предводителя повстанцев по имени Джа-лама. Одни, и не без основания, считали его колдуном, другие — буддийским монахом, третьи — реинкарнацией умершего монгольского князя Великого Чёрного, четвёртые — сошедшим с небес жутким богом разрушения. Отчаянный головорез и гроза всех китайцев без исключения. Российские власти снабжали его отряды оружием и помогали в борьбе с китайцами, но недолго. Вектор политики изменился, и Джа-ламу арестовали, вывезли в Санкт-Петербург. Поэтому совершить подвиги бывшему офицеру на этот раз не удалось, ибо и эта война к его приезду уже закончились.
1914 годCо словами: «Подвиги теперь совершаются в России», — он вернулся на Родину и без промедления убыл на фронт.
Р.Ф.Унгерн во время Первой мировой войныЕму повезло. Восемь заслуженных наград!
(И столько же ранений.)
Включая орден святого Георгия четвёртой степени.
(Именно его он и будет носить, не снимая, до конца своих дней.)***
В одном из сражений он попытался в одиночку перерезать вражескую колючую проволоку. Был ранен и повис на ней. Казалось бы, на этом всё! Сколько таких смельчаков осталось лежать на поле боя. Но его солдаты обожали командира. Поднялись в атаку и под шквальным огнём вынесли раненого.
Двадцать второго сентября 1914 годаИз докладной в штаб командования:
«Пребывая близ местечка Подборек, в пяти сотен шагов от окопов противника, и, несмотря на сильнейший ружейный и артиллерийский огонь, Роман Унгерн сумел раздобыть и передать совершенно верные сведения о местонахождении неприятеля и его манёврах. Принятыми мерами успех боестолкновения был обеспечен. В боевом отношении действия этого офицера — выше всяких похвал. Однако за ним наблюдаются систематические нарушения воинской дисциплины». ***
Однажды, будучи в увольнении, Роман вдребезги пьяный заявился в гостиницу «Чёрный орёл» и потребовал для себя самый лучший номер. Получив отказ из-за отсутствия у него соответствующей бумаги из комендатуры. Тогда он, не вынимая шашки из ножен, избил портье, затем отправился в комендатуру. И там гонялся за дежурным прапорщиком. Выбил несчастному офицеру несколько зубов. После чего тут же опустился на лавку и заснул. Поутру Унгерна арестовали. (Предварительно, от греха подальше, отстегнув у него шашку.) За подобные выходки любого бы отправили под трибунал, но не барона. Его тихо, без лишней огласки... перевели на Кавказский фронт, дав в подчинение несколько отрядов ассирийцев-добровольцев, решивших сражаться на стороне России.
Три года спустяБарон уехал на свой любимый Дальний Восток — к другу и соратнику Григорию Семенову. Солдаты, не желая воевать ни за царя, ни тем более за непонятное временное правительство, дезертируют с фронта целыми дивизиями.
И атаман Семёнов выдвигает идею:
— Если не хотят воевать наши, русские, давайте я создам дивизии из... кочевников! Ему выделяют средства, дают винтовки, пулемёты и обмундирование, превращая в хозяина русско-китайского приграничья.
***
Под натиском красных отрядов Унгерну пришлось отступить на территорию соседней Маньчжурии. Именно так в его голове и родилась идея взять да и возродить новую Восточную Империю. Включив всё население — Монголии, Китая и даже Индии!
Сентябрь 1918 годаПод натиском большевиков белые отряды были вынуждены отступить из Читы. После чего барон обосновался в Даурии. Создал там Конную Азиатскую дивизию, больше похожую на орду Чингисхана, чем на современное воинское соединение. Формально он и его воинство подчинялось атаману Семёнову, а тот в свою очередь — адмиралу Колчаку. Но поскольку отряды атамана существовали на деньги Японии, то фактически эта вертикаль власти была достаточно условна. Подчинённые барона зарабатывают большие деньги на контрабанде товаров и на всевозможных реквизициях. Покупают дома в благополучном Харбине. Но Унгерну всё материальное — неинтересно. Его интересуют лишь — война, победа, подвиг! Он всё больше и больше увлекается мистикой и астрологией. Часами слушает рассказы тибетских толкователей.
Улан-БаторВ город въезжает странный всадник. На небольшой лошадёнке, в грязном, выцветшем восточном халате, но с погонами русского офицера на плечах и Георгиевским крестом на груди. Из оружия при нём была только… монгольская плётка. Ею он и отхлестал заснувшего на посту часового, охранявшего резиденцию китайского наместника:
— Передай своему господину, тебя наказал сам барон Унгерн за то, что не охранял дворец, а нахально дрых на посту.
Через несколько минут китайские солдаты подняли тревогу, но странного всадника уже и след простыл. А ещё через день столица Монголии была захвачена повстанцами во главе с бароном! Первым делом они освободили из тюрьмы монгольского монарха — Богдо-гэгэна Восьмого. И тот своим первым указом пожаловал Унгерну титул хана, не забыв упомянуть, что славному русскому воину удалось совершить невероятный подвиг(!) — изгнать из монгольских степей армию захватчиков, в двадцать раз превосходящую по численности ту, с которой пришёл Унгерн!
Отныне Монголия становится суверенным государством. Местное население называло его — «богом войны». Но Роман уже видел себя создателем империи, простирающейся от Тихого океана аж до Каспийского моря. И для реализации этой идеи он отправляется... в... соседний Китай. Где и... сочетается законным браком с последней принцессой из династии Цин1. (Венчание происходило по всем православным канонам. Однако этот факт нисколько не мешал местной аристократии величать русского мужа не иначе как «ванна» — то есть — князь!)
Август 1920 годаУнгерн со своей «дикой дивизией» перебазировался в городок Акша и вновь затеял войну. На этот раз с войсками Дальневосточной республики. И потерпел сокрушительное поражение. И в очередной раз с парой сотен своих всадников исчез в монгольских степях.
В окрестностях Урги дал бой изумлённым солдатам и офицерам китайской республиканской (читай — красной!) армии. Два отчаянных штурма результатов, увы, не дали. Не могли потрёпанные в предыдущих стычках с красными унгерновцы, численностью в полторы тысячи человек, разгромить семитысячный китайский гарнизон, возглавляемый выпускником Берлинской военной академии! Сумевшим мобилизовать вдобавок к своим солдатам ещё около трёх тысяч китайских колонистов, проживавших в городе и его окрестностях.
***
Понимая, что дальнейшие военные действия приведут к полному разгрому его «армии», Унгерн приказал уходить в сторону Урянхайъя. Где и обосноваться на зимовку. Готовясь к новому весеннему наступлению. Однако уставшие солдаты и слышать не желали ни о каком новом походе. Началось массовое дезертирство. И тем не менее первого августа 1921 года отряды Унгерна сумели одержать победу у местечка под названием Гусиноозёрский дацан. Но радовались недолго. Противник сумел доставить к местам сражения тяжёлую артиллерию и значительное подкрепление. Кроме этого в самом Улан-Баторе вспыхнул мятеж. Бывшие сослуживцы (и на то были веские основания) посчитали, что их командир окончательно потерял рассудок.
***
Унгерна арестовали собственные подчинённые, не желавшие в очередной раз идти в Маньчжурию и воевать вновь и вновь. Романа Фёдоровича быстренько передали правительству Дальневосточной республики... и разбежались кто куда.
Генерал-лейтенант Роман фон Унгерн-Штернберг в Иркутске
на допросе в штабе 5-й Красной Армии. 1-2 сентября 1921 г.15 сентября 1921 года. Новониколаевск (Ныне Новосибирск)Из сообщения в местной прессе:
«Выполняя поручение вождя революции Владимира Ильича Ленина — безо всякого промедления провести публичный суд над Унгерном. Приводя приговор чрезвычайного трибунала в исполнение, сегодня был расстрелян бывший генерал-лейтенант белой армии — Роман Фёдорович Унгерн-Штернберг».
Наше времяЯ хотел было, сходить в магазин, купить чернила, заправить ими подаренную много лет назад даргой (начальником) Унгерном авторучку, но — не решился. Убрал её на место и сел за современный компьютер, дабы побыстрее написать этот рассказ.
Примечание:1 Последняя императорская династия Китая, существовавшая с 1644 по 1912 год. Была основана маньчжурским кланом Айсинь Гьоро из Маньчжурии.
Рейтинг: 0
5 просмотров
Комментарии (0)
Нет комментариев. Ваш будет первым!
