Снежана оторвала листок настенного календаря: двадцать пятое февраля.
Память опять перенесла её в февральский день, в тот самый, на который они с Николаем назначили день свадьбы.
Подружка Люба, с которой они жили на квартире сказала ей вечером перед свадьбой: «Негоже выходить замуж без материнского благословения»
Она и сам понимала, что не по-христиански это.
Они как-то с Николаем поспешили со свадьбой, потому что его мать настаивала на том, что свадьбу надо сыграть обязательно до поста.
Снежана написала об дате свадьбы матери и вот уже три дня ждала её, но мамы не было.
Нужно было уже ехать в загс. Она уже надела белое платье, купленной в городе и босоножки (туфли не удалось купить), как в комнату вошла плачущая мама. Она задержалась из-за нелётной погоды.
Она привезла ей и платье, и фату, и туфли и, конечно, благословила её, задав один единственный вопрос: «Дочка, вы любите друг друга?»
Снежана была на седьмом небе от счастья.
Как в тумане прошло и бракосочетание, и свадьба, и первая брачная ночь.
Мама уехала, и теперь второй мамой должна была стать ей свекровь.
Язык не выговаривал слово» мама», на котором так настаивала мать мужа.
К тому же она яростно ревновала её к сыну, стараясь уколоть её по любому поводу, называя её то неумехой, то неряхой.
Неуютно было молодой жене в мужнином доме, потому она предпочитала больше быть на работе, чем дома.
Начались взаимные обиды с мужем, недомолвки, ссоры, в результате которых он был всегда на стороне матери.
Однажды Снежана не вернулась с работы домой, поняв, что любовь её к Николаю прошла навсегда.
Вечером забрала свои вещи под хмурые взгляды мужа и свекрови и вернулась на квартиру к хозяйке.
По иронии судьбы это было ровно через год после их свадьбы двадцать пятое февраля.
От их любви осталась только памятная дата: двадцать пятое февраля.
Помочь сайту
Поздравления
