43. Дворник, ч. 3. Солженицын не был патриотом
![](/images/users/avatars/6c16b2f9492ae97c6c156638aa9cab49.jpg)
Мой знакомый дворник часто повторял:
- Я один в нашем ЖКХ русский, остальные… В сегодняшних капиталистических
отношениях им постоянно недоплачивают, противно, что их обманывают. Я об этом
открыто говорю начальству.
Дворник мне напомнил высказывание
Владимира Ильича Ленина: «Рабочие зарабатывает так мало, что им приходится
покупать дешёвые, низкосортные, поддельные продукты. А ведь главный потребитель
– рабочие. Рабочих миллионы, капиталистов сотни. И вот производство дешёвого,
поддельного продукта растёт не по дням, а по часам – наряду с ростом
неслыханной роскоши горсти миллионеров (ПСС т. 21, стр. 466)».
- Я подкаблучник, всегда согласен со
своей женой, а если не согласен, даже не спорю, она у меня умница, во всём меня
поддерживает, и ведь тоже ушла из школы, где преподавала русский язык и
литературу. Она была не согласна, что в обязательную программу по литературе в
школы включили Солженицына, она ведь моя «шея», а я голова, куда шея повернёт, всегда в её пользу. Вот так мы
ушли с моей любимой из школы.
Дворник порекомендовал мне внимательно
прочитать статью Александра Пыльцына: «Солженицын - классик лжи и предательства»
Самое известное сочинение Солженицына -
«Архипелаг
ГУЛАГ» написано им тайно в 1958-1968 годах. В январе 1974 года вышло
в свет на Западе, во Франции и США. В СССР это сочинительство Солженицына,
мнящего себя «новым гением русской литературы», распространялось в то время
нелегально.
Роман «В круге первом» с 1990 по 1994
год издавался десятью(!) различными российскими издательствами суммарным
тиражом в 2,23 млн. экземпляров. «Раковый корпус» был переиздан в это же время
девять раз. Но все рекорды побил манифест «Как нам обустроить Россию»,
сочинённый им за рубежами родной страны и изданный у нас в сентябре 1990 года
за 4 года до возвращения автора из эмиграции. Статья была свёрстана на четырёх
страницах «Литературной газеты» и «Комсомольской правды» в виде 16-страничной
брошюры. Общий тираж составил 28 млн. экземпляров. В 2006 году издательство
«Время» подписало с Солженицыным договор об издании в течение 2006-2010 годов
его первого в России и в мире собрания сочинений в 30 томах. Такая
сверхактивность российских издателей в горбачёвско-ельцинское время правления
Союзом ССР и Россией, да и после них, говорит о прямой заинтересованности в
массовой пропаганде концентрированной антисоветской клеветнической компании,
развёрнутой на очень уж подходящем сочинительстве Солженицына. Александр
Твардовский, некогда похвалил первые, кажущиеся необычными литературные попытки
Солженицына, и по властному настоянию «самого Никиты Сергеевича», напечатал его
«Ивана Денисовича» в своем «Новом мире» в ноябре 1962-го. Но, во второй
половине 60-х, автор «Василия Тёркина» уже иначе оценивал солженицынский
«талант». Известный публицист Виктор Кожемяко приводит высказывание
Твардовского по поводу солженицынского «Ракового корпуса»: «Даже если бы
печатание зависело целиком от одного меня, я бы не напечатал. Там неприятие
Советской власти. ... У вас нет подлинной заботы о народе! Такое впечатление,
что вы не хотите, чтобы в колхозах было лучше, у вас нет ничего святого. ...
Ваша озлобленность уже вредит вашему мастерству». А относительно пьесы
Солженицына «Олень и шалашовка» высказался не менее определённо: «Я бы (в
случае её опубликования) написал против неё статью. Даже бы и запретил».
Советская власть Солженицыну была
ненавистна, что называется, со всеми ее потрохами: как с трагедиями, так и со
свершениями, Именно «Архипелаг» должен был явить эту ненависть всему миру окончательно
и бесповоротно. Поэтому он включил туда такие пассажи, которые ужаснули даже
многих его советских единомышленников. Например, вот такой, с оправданием
коллаборационистов, в частности преподававших при немцах: "Конечно, за это
придется заплатить. Из школы придется вынести портреты с усами и, может быть,
внести портреты с усиками. Елка придется уже не на Новый год, а на Рождество, и
директору придется на ней (и еще в какую-нибудь имперскую годовщину вместо
октябрьской) произнести речь во славу новой замечательной жизни - а она на
самом деле дурна. Но ведь и раньше говорились речи во славу замечательной
жизни, а она была тоже дурна. То есть, прежде-то кривить душой и врать детям
приходилось гораздо больше...". Иными словами - какая разница между фашистским
режимом и советским. Одинаковые. Советский, впрочем немного хуже - врать-де
приходилось больше!
А из этого выковался афоризм (точнее -
афонаризм): «Ну и что, если победили бы немцы? Висел портрет с усами, повесили бы с
усиками. Всего и делов!".
Не с этой подлой фразы потом пошли
совсем не безобидные «байки» насчёт «баварского пива» и подобные рассуждения.
Считаю очень уместным дать здесь другое
определение этим «патриотическим» словам откровенного предателя, для которого,
что фашизм, что советский социализм, что Гитлер, что Сталин - без разницы. И
это определение очень точно выразила наша ленинградская поэтесса Валерия
Вьюшкова в своей эпиграмме Солженицыну:
Нет, было подлецу отнюдь не всё равно!
Ведь Гитлер для него - герой буржуйской воли!
Антисоветский бред его проходят в школе!
Грехов у Солженицына-лжеца - полно!
Вермонтский прохиндей, наглеющий всё боле,
Он к Рейгану взывал: "Социализм доколе
Терпеть вы будете?! Москву пора давно
Бомбить, как Хиросиму! Бомбу жалко, что
ли?!..".
Просто нельзя не согласиться с тезисом о
том, что никто из писателей советской эпохи не нанес столь огромного ущерба
репутации СССР, и вреда России, как Солженицын. Вся Европа читала книги, где
Советский Союз представлялся как одна большая тюрьма. А любая, самая
отвратительная по качеству литературная стряпня против Советского Союза, её
народов, тем более - против советской власти, на Западе всегда, и нынче тоже,
встречалась и встречается приветственно, солженицынские опусы в том числе.
Хотя, как вспоминал бывший посол США в СССР
Д. Бим: «Солженицын создавал трудности для всех,
имевших с ним дело... Первые варианты его рукописей были объемистой,
многоречивой сырой массой, которую нужно было организовать в понятное целое...
они изобиловали вульгаризмами и непонятными местами. Их нужно было
редактировать».
Всем известна геббельсовская формула
«Чем чудовищнее ложь, тем скорее в неё поверят». Вот и Солженицын взял на своё
вооружение Геббельса.
Но вот мнения писательского мира нашей
страны о таком явлении, как Солженицын.
О
«патриотизме» Солженицына
В наше время под выражением «патриотизм»
понимают далеко не одно и то же, однако надеюсь, что истинные патриоты это
понятие расшифровывают, как особое эмоциональное ощущение своей принадлежности
к Родине, осознание своеобразия культуры своего народа. Патриот гордится своей
Родиной, её достижениями и культурой, стремится сохранять её характер и
культурные особенности. Его отличает готовность к защите интересов Родины и
своего народа, а при особой опасности для них - и к самопожертвованию.
Представления о патриотизме связываются
с трепетным отношением к своей Родине, но представление о сущности патриотизма
у людей разных социальных групп может быть неидентичным, или, как было принято
в советской терминологии, патриотизм - категория классовая. Я не всегда
разделяю мысли и чувства известного публициста Михаила Веллера, высказываемые
им в его книгах и ежевоскресных передачах по «Радио России».
Но сказанное им в сентябре 2011 года
относительно Солженицына, импонирует мне: «Случается, что человек,
эмигрировавший из своей Родины, порвавший с ней и затаивший злобу на свою
страну, транслирует свои негативные чувства и идеи через свое творчество.
...Когда мать больна, ее не оставляют, а наоборот - пытаются за ней ухаживать,
делают все возможное, чтобы она выздоровела. Когда больна Родина-мать - тем
более нельзя ее покидать, бросать, уезжая туда, где тебе комфортнее, уютнее и
сытнее. Когда мы видим те ужасающие события, которые происходят в нашей стране,
- ложь, предательство, воровство, отступничество, - то мы не должны бросать
нашу страну на растерзание ворам и предателям».
Наверное, эти высказывания Веллера тоже
определяют сущность патриотизма. Но посмотрим, как ведёт себя «патриот»
Солженицын, в том числе и оказавшись за рубежами родины.
Известно, что в июне-июле 1975 года
выдворенный из СССР Солженицын посетил Вашингтон и Нью-Йорк, и выступил с
речами на съезде профсоюзов и в Конгрессе США (эти речи при поддержке ЦРУ были
изданы тиражом в 11 млн. экземпляров!).
Участие «патриота» в Великой Отечественной
войне в защиту своего Отечества, бывшему офицеру А.Солженицыну не помешало в
вышеупомянутом выступлении в США в 1975 г. сказать следующее: «Англия, Франция,
США - державы победительницы во Второй мировой войне». «Америка помогла
выиграть Европе первую и вторую войны. США, хотят они того или не хотят,
поднялись на хребет мировой истории и несут на себе тяжесть руководства, если
не всем миром, то еще доброй половиной его... Потому и вы, члены Сената и члены
Палаты Представителей, каждый из вас - не рядовой член рядового парламента, но
вы взнесены на особую высоту в современном мире».
В 1978 году он публично обратился к
американцам со знаменитыми словами: «...мировое зло (СССР), ненавистное к
человечеству, и оно полно решимости уничтожить ваш строй. Надо ли ждать, что
американская молодёжь должна будет гибнуть, защищая границы вашего
континента?!».
Чешский писатель Томаш Ржезач, поначалу
веривший в несправедливость изгнания «гения» из родной страны, свидетель того,
как Солженицын убеждал собеседников на съёмной квартире в одном из городов
Швейцарии: «Россия согрешила перед собой и другими народами, поэтому иссякли ее
моральные, социальные и политические силы.
Единственное, что у нее осталось, - это
чудовищная военная мощь, которая без труда способна за две недели уничтожить
всю Западную Европу, но уже ничего не может без труда обновить, если только...
не будет покаяния! Россия должна покаяться!» Ржезач старался не пропускать ни
одной возможности быть рядом. Поняв внутреннюю сущность этого «патриота», его
мерзость в суждениях и сочинениях, он и написал свою книгу «Спираль измены
Солженицына». В ней он дал психологический портрет этого отщепенца, привёл
множество цитат из многочисленных словоблудных выступлений Солженицына, которые
я привожу в разных частях этой работы. В частности, касаясь «патриотической»
речи в американском конгрессе в 1975 г., приводит пример, как выдворенный из
своей страны «гений», задолго до такого известного мракобеса, как Рейган с его
«империей зла», провозгласил нашу страну «Мировым Злом», «абсолютным злом»!
И вот некоторые пассажи «русского
патриота»: «Россия не нуждается в море, мы не морской народ, как англичане, а
сухопутный. Наша активность на море противоречит исконному русскому образу
жизни. Так же как от моря, мы должны отказаться и от своих земель в советской
части Азии, где живут народы, чуждые нам по своей культуре, языку и - прежде
всего - по религиозным традициям». В одном из выступлений в Швейцарии выразился
ещё «решительнее»: «Россия должна возвратиться к своим старым границам. К
границам времен Ивана Грозного. Отказаться от своей активности в Прибалтике и в
бассейне Черного моря...» «Не только Россия, - твердит он постоянно, - но и все
народы должны пройти через покаяние.
Пусть покаются французы за великую
революцию. Пусть Америка осознает все преступления Джорджа Вашингтона. А
Германия извинится перед миром за крестьянские бунты и Либкнехта...». Не за
нападение на страны Европы и на его родину - Советскую Россию, не за Гитлера и
Освенцим с Бухенвальдом, белорусскую Хатынь и французский Орадур, не за
миллионы русских, умерщвлённых в лагерях смерти, не за выжженную Белоруссию и
Украину!
Об этом душа у «русского патриота»
Солженицына не болит. Пожалуй, никто из эмигрантов разных мастей не пал столь
низко. Однако, «патриотизм» Солженицына проявлялся не только в его позициях,
громогласно заявленных за рубежом в бесконечных выступлениях и интервью.
Кроме всего прочего, это ярко выражено и
в его отношении к предателям, перешедшим на сторону врага во время Великой
Отечественной войны, и особенно - к перешедшему на службу к гитлеровцам
генералу Власову, власовцам и другого рода коллаборационистам.
Очень кстати здесь привести одну строфу
из стихотворения известной поэтессы-патриота Людмилы Заверняевой:
Классический делец и пасквилянт,
Не классиком вошёл в литературу –
Со власовцами встал в единый ряд,
Продавшись за зелёные купюры.
В «адаптированный» вдовой писателя Н.
Солженицыной и втрое сокращенный «Архипелаг», выпущенный издательством
«Просвещение» и предназначенный для школьников 11 класса, как «летопись
страданий», не вошла глава, оправдывающая генерала-предателя Власова.
Побоялась, наверное, Наталья Дмитриевна,
что даже школьное поколение российских граждан «не поймёт» «титана русской
литературы» с его «патриотизмом». «Власовскую армию я не включила сюда совсем,
- признается Наталья Солженицына, - я решила это полностью элиминировать,
потому, что наше общество не готово сегодня это обсуждать.
Пусть еще пройдут десятилетия, когда
люди будут обсуждать это» (Примечание: элиминировать - исключать, изымать,
устранять).
Сама Солженицына, видимо, считает, что
когда перемрёт не только поколение, знающее истину о героизме и предателях
войны с фашизмом, но и те, кто верил нам, а не пасквилянтам, тогда и наступит
«полная эра владычества солженицынского вранья».
Вот ещё один «патриотический» пассаж
Солженицына, произнесённый им в Америке: «Англия, Франция, США, одержали победу
во Второй мировой войне. (По Солженицыну СССР тут вовсе не причастен к этой
победе.) Победоносные государства всегда диктуют мир, они добиваются твердых
условий, они создают род ситуации, который соответствует их философии, их
представлению о свободе, их представлению о национальных интересах».
Все словоупражнения (вернее -
«словоиспражнения») изгнанного с родины негодяя Солженицына представляют собой
просто удивительный сплав подлости, глупости, патологии и холуйства. Редкий
человек и в редких условиях может опуститься до такого низкого по человеческим
меркам уровня. Приведём и мнения о «патриотизме» Солженицына из-за океана, из
самих Соединённых штатов Америки.
В далеком 1971-м году, когда автор
«Архипелага» и других пасквилей на свою Родину, ещё не покидал Советского
Союза, известный тогда и в нашей стране Дин Рид - американский певец, киноактёр
и общественный деятель, опубликовал открытое письмо Солженицыну, в котором
назвал все обвинения Солженицына в отношении Советского Союза ложными.
Частым гостем в СССР бывал тогда Рид, и
видел наше общество сам. «Вы говорите, что «вся атмосфера (вашей) страны
пропитана ненавистью, и еще раз ненавистью, не останавливающейся даже перед
расовой ненавистью. Вы, должно быть, говорите о моей родине, а не о своей. Ведь
именно Америка, а не Советский Союз, ведет войны и создает напряженную
обстановку возможных войн с тем, чтобы давать возможность своей экономике
действовать, а нашим диктаторам, военно-промышленному комплексу наживать еще
больше богатства и власти на крови наших собственных американских солдат и всех
свободолюбивых народов мира! Больное общество у меня на родине, а не у вас, г-н
Солженицын!».
Как злободневны эти слова Рида и
сегодня!
Хочу также сослаться и на уважаемого
мной Владимира Василика, который в своих очень аргументированных и
документально доказательных публикациях на сайте РНЛ, касаясь Солженицына,
справедливо утверждает, что «...с известного момента своей борьбы с Россией,
которая ему не нравится, стал участником и заложником большой политической
игры.
Игры, направленной внешне против
Советского Союза. На самом деле - против России. Вольно или невольно, но
А.И.Солженицын оказался участником целого ряда информационных акций.
Одна из них - реабилитация Власовского
движения. Именно Солженицын запустил в умы читателей ядовитую мысль: не
власовцы изменили Родине, а Родина трижды изменила им».
Не исключаю, что оправдание Солженицыным
власовцев, будто не они изменили Родине, «а родина изменила им» и всем вообще,
перешедшим на службу немцам, сформулировано автором «Архипелага» в том числе и
для того, чтобы обелить своё предательство и измену. Дескать, не он изменил
Родине, а она, вся Советская страна изменила ему, выдающемуся и непонятому
«гению», поставив себя фактически рядом с Власовым.
А в моих глазах значит и заслуживший
такого же бесславного конца. Бывший генерал Власов - предатель без всяких
скидок и сомнений, и не суть важно, что привело его к этому - подлость или
трусость. Скорее всего, и то и другое вместе.
И тот кто провозглашает его патриотом и
героем, восставшим против ненавистного советского общества - сам того же поля.
Да, власовцы по мнению Александра
Иаевича чуть ли не святые. А как может характеризовать человека его восхищение
предателем? Есть такое верное выражение: «Друг моего врага - мой враг». И по
отношению к обоим, и Власову, и Солженицыну, она абсолютна. Распускаются «проверенные»
байки о том, что Сталин, как Верховный, не принимал никаких мер помощи армии
Власова, попавшей в сложное положение и сам Сталин виноват в том, что Власов
ушёл от него, «нечестного» к его антиподу Гитлеру.
Маршал Василевский в опровержение таких
домыслов пишет: «Власов, не обладавший многими необходимыми качествами
командира и, будучи на деле нерешительным и трусоватым по природе, был
совершенно пассивен. Угрожающее положение, в котором оказалась его армия,
деморализовало его до конца, и он не сделал попытки вывести свои войска быстро
и скрытно... Об этом свидетельствует целый ряд директив ВГК, которые я лично
писал под диктовку Сталина.
Власов присоединился к врагу, хотя
значительная часть его армии сумела прорваться сквозь немецкие войска и спастись».
Общеизвестно, что если офицер, или даже солдат давал присягу Родине и изменил
ей, то это всегда измена, предательство. Здесь обсуждать нечего, тем более,
когда речь идёт о генерале.
На этот счёт некоторые приводят примеры,
когда офицеры царской армии во время Октябрьской революции перешли на сторону
большевиков, доросли в СССР до маршалов, и им «почему-то» не ставили это в
вину. Ответим им просто: офицеры, дававшие присягу Царю, с его отречением от
престола были освобождены от этой присяги. Цена и доля самого Власова, как и
так называемого «власовского движения» в трактовке такого события в нашей
истории, как Великая Отечественная Война - не так уж значительны, если,
конечно, не принимать во внимание геббельсовско-солжницынскую пропаганду, и не
возводить ее в ранг, достойный пособия по изучению истории войны.
Солженицынские позиции антипатриотизма,
поддерживаются и пропагандируются многими нынешними политиканами типа Николая
Сванидзе, Леонида Млечина, Пивоваровых и им подобными. Это самый удобный и
очень широко дублируемый многими СМИ рупор для всякого рода политических
коллаборационистов, современных власовцев, и сегодня готовых идти или уже
идущих в услужение тем, кто мечтает и делает всё, чтобы разрушить славянское
единство и его основу - Россию.
Поэтому перейдём к его другому, столь же
неблаговидному по своей истинной сути такого же, как и «Архипелаг» фарисейского
призыва ко всем советским людям «ЖИТЬ НЕ ПО ЛЖИ». А основа этого голоса, этих
позиций - ложь, ложь и во всех видах ложь. 12. «Жить не по лжи» - самый лживый
тезис Со-ЛЖЕ-ницына Крикливая, амбициозная, написанная очень уж «шершавым»
языком статья-эссе Солженицына «Жить не по лжи», обращённая, прежде всего к
советской интеллигенции, опубликована 18 февраля1974 года в газете Daily Express
(Лондон), а в СССР распространялось через подпольный «самиздат».
Официально впервые в СССР это эссе было
опубликовано 18 октября 1988 года в киевской многотиражке «Рабочее слово». В
этом своём «уроке» Солженицын призывал каждого поступать так, чтобы «из-под его
пера не вышло ни единой фразы, «искривляющей правду», не высказывать подобной
фразы ни устно, ни письменно...». Уж очень похоже это на диагноз «раздвоение
личности».
По своей природе, как утверждают
специалисты, раздвоение личности, в зависимости от степени «раздвоения» - это
либо шизофрения «в чистом виде», либо одержимость.
Оставим этот вопрос на решение психиатров, но
всё-таки примем, как почти самое безобидное - одержимость.
Из всего, что мы изложили в этой работе,
абсолютно понятно, что ничего правдивого, ничего, что не является злонамеренной
ложью, ни в сочинениях, ни в выступлениях Солженицына просто нет.
Взгляды на советскую действительность
автора «Жизни и необычайных приключений солдата Ивана Чонкина» Владимира
Войновича, в значительной степени мне не импонировали и в прошлом да, и теперь.
В
декабре 1980 года, как и в своё время Солженицын, он был лишён советского
гражданства и выслан из СССР. В 1980-1992 годах жил в ФРГ и США, сотрудничал с
антисоветской радиостанцией «Свобода». В 1990 году Войновичу было возвращено
советское гражданство.
Так вот, даже Войнович по поводу
нравоучений Солженицына в своём «Жить не по лжи», высказался вполне
определённо: «...если он учит нас жить не по лжи, а сам своим заветам не
следует, должен ли я уважать его поучения?».
Обратим особое внимание на некоторые из этих
его «поучений». Среди перечисленных Солженицыным необходимых способов
«уклонений ото лжи» он категорически требует: -личное неучастие во лжи; -ни в
чём не поддерживать лжи сознательно!. -не писать, не печатать никаким способом
искривляющее правду; -не кичиться, что ты академик или народный артист,
заслуженный деятель или генерал, в противном случае пусть скажет себе: я быдло
и трус, мне лишь бы сытно и тепло. Во всём вышеизложенном мы уже убедились, что
по любому из упомянутых «постулатов» сам он действовал ВСЕГДА НАОБОРОТ, и
последняя из его фраз даже более, чем на 100% точно относится к нему,
Солженицыну.
Все, кто видел портреты Солженицына,
обращали внимание на шрам, пересекающий правую сторону лба. Многие считали: это
памятный след - то ли войны, то ли тюрьмы. Солженицын не подтверждал этого, но
и не разуверял.
На самом деле, эта метка хорошо видна на
довоенных фотографиях. Оказывается, Солженицын ещё, будучи учеником 5 или 6
класса в школе имени Малевича в Ростове-на-Дону, подрался с одноклассником.
Ударившись об угол парты, упал и рассек себе лоб от корней волос до конца
правой брови, немного наискосок. Образовался глубокий шрам, который остался у
Александра Солженицына на всю жизнь...
А много лет спустя Солженицын повезет за
границу этот шрам то ли как почетное ранение, то ли как молчаливое
свидетельство своей сложной судьбы, намекая вроде бы и на пытки в «сталинских
застенках».
Материал для «Архипелага» его автору в
основном дали разговоры, которые он вёл в «шарашке», в пересыльных тюрьмах и
лагерях да и просто любители посочинять, вроде бывшего зэка Варлама Шаламова.
Эта информация, которую зэк Солженицын
там получал, носила исключительно фольклорный, а подчас и мифический характер.
Да он её ещё тщательно фильтровал, выбирая наиболее «выдающиеся», докрашивая их
с одной целью - сделать пострашнее, бить на психику людей не знакомых с жизнью
по ту сторону решёток.
Там, за решёткой, своя историография и
своё отношение к властям, свои мифы, и исключительно устные байки. Вместо
документов и цитат здесь «правят бал» напичканные страхами небылицы,
рассказанные «бывалыми людьми», «свидетельства» «очевидцев», а то и просто
слухи да анекдоты.
И в этом весь Солженицын, не гнушающийся
даже и бесстыдным подлогом. На страницах Архипелага у Солженицына можно увидеть
такой прямой подлог, ссылку на несуществующие документы.
Например, есть у него там
«документальное» утверждение о том, что после покушения эсерки Каплан на
Владимира Ильича Ленина, НКВД призвал свои отделения сразу же арестовать всех
эсэров и взять заложниками большое число представителей буржуазии и офицерства.
В сноске он указывает источник, из
которого черпал данные: «Вестник НКВД, 1918, N21/22, с. 1». Однако, в 1918 году
Народного комиссариата внутренних дел (НКВД) вообще не было, он был создан
только 10 июля 1934 года.
Как оказалось, такого «Вестника НКВД» в
природе не существует, так как самого НКВД и в проекте ещё не было. Автор
«Архипелага», судя по всему, был ещё с детства начитан страстями о пытках,
применяемых средневековой инквизицией.
Вот его «Архипелаг ГУЛАГ» и представляет
собой не всегда прилично скомпонованное «чтиво» из таких вот слухов, баек,
мифов и просто небылиц.
Можно приводить их бесконечно много из
любой части и любой главы «Архипелага», но для примера возьмём хотя бы только
второй том, а из него, часть 3, названную им не «Исправительно-трудовые», а
«Истребительно-трудовые».
Остановим внимание читателя на главе
«Архипелаг возникает из моря». Там автор рассказывает, как в карельских лагерях
целые роты арестантов кладут в снег за провинность на много часов. Это, как мы
увидим, «цветочки», а «ягодки» впереди. Среди этих «ягодок» и описание такого
способа: «запрягают лошадь в пустые оглобли, к оглоблям привязывают ноги
виновного, на лошадь садится охранник и гонит её по лесной вырубке, пока стоны
и крики сзади не кончатся».
Понятно, что «лесная вырубка» - это сплошные
пни и коряги, так что «крикам и стонам» раздаваться недолго! Видимо, эта байка
не что иное, как «упрощённый» способ средневековой казни - «четвертование
лошадьми», когда беднягу за руки и ноги привязывают к 4-м лошадям. Потом
животных пускали вскачь. Вариантов не было - только смерть.
А Солженицыну («прагматик»!) экономнее
одной лошадью. А вот уже прямая цитата от этого сочинителя страшилок:
«Рассказывают, что в декабре 1928 г. на Красной Горке (Карелия) заключенных в
наказание (не выполнили задание) оставили ночевать в лесу и 150 человек
замерзли насмерть. Это обычный соловецкий прием, тут не усумнишься. Труднее
поверить другому рассказу, что на Кемь-Ухтинском тракте близ местечка Кут в
феврале 1929 г. роту заключенных, около 100 человек, за невыполнение нормы
загнали на костер, и они сгорели. Об этом мне рассказал всего один только
человек, профессор Д. П. Каллистов, старый соловчанин, умерший недавно». Сам
автор здесь оговаривается, что «рассказал это только один человек», да и тот
уже умер, дескать, такое зверство было, но вот подтвердить некому!
И сам, понимая, что этому едва ли кто
поверит, добавляет: «Пересекающихся показаний я об этом не собрал,.. Но те, кто
морозят людей, - почему не могут их сжечь?»
Попробуем «на трезвую голову»
проанализировать эту байку и доказать, что это из разряда чистых небылиц. В
первом случае совершенно непонятно, что значит «оставили в лесу»?
Если охрана ушла ночевать в казарму, так
это же голубая мечта зеков! Особенно блатных: они бы моментально разбежались.
Представить только, что полторы сотни крепких мужиков (слабых и истощённых на
лесоповал, да ещё зимой - не могли брать!), с топорами и пилами в руках
спокойно и молча замерзают. Насмерть замерзают!
Поверить в это может только малыш из
детяслей или полный идиот, никогда не слышавший о лесорубах и не видевший
обыкновенного леса.
Второй пример - тоже дикий вымысел. Огня,
известно, боятся не только дикие звери, но и человек. Ведь когда при пожаре
люди выпрыгивают из 8-9-х этажей и разбиваются насмерть, они, скорее всего
сознательно идут на мгновенную смерть, лишь бы не сгореть мучительно заживо. А
тут мы должны поверить, что несколько конвойных сумели загнать в костер сотню
зэков. Да самый безвольный зэк предпочтет быть застреленным, но в огонь не
прыгнет.
Если бы даже десяток охранников со
своими пятизарядными винтовками или карабинами попытались загнать в костер эту
сотню, вооружённую топорами, пилами и ещё бог знает чем для валки леса, то сами
бы в костре и оказались. Да и какой костер нужно было развести, чтобы сжечь там
сотню живых людей. Это очень похоже на байки о том, что за штрафбатом в 800
человек, вооружённых автоматами, пулемётами, и с полными сумками гранат могли
поставить заградотряд в 200 человек, чтобы погнать 800 штрафников на немецкие
пулемёты.
Короче, этот «жареный факт», как и
«замороженные полторы сотни» брошенных без охраны заключённых, как и пронумерованный
перечень пыток и издевательств, о котором речь пойдёт ниже - злобная выдумка
Солженицына, уж очень смахивающая на то, что у русских называют «бред сивой
кобылы», как несусвётное враньё.
По
отношению к автору этих страшилок я бы применил более подходящий
фразеологический оборот: «Врёт, как сивый мерин», означающий наглую,
беззастенчивую ложь далеко не юного, а уже тронутого сединой беспардонного
фантазёра.
Так, что ещё одно из «правил»
Солженицына : «не писать, не печатать никаким способом искривляющее правду»
«подкреплено» фактическими действиями самого автора призыва «Жить не по лжи».
Попробуйте вспомнить, как живописал
Александр Исаевич страхи, которых он якобы был «свидетелем» в советских
лагерях. В своих пасквилях на советскую юридическую действительность на основе
такого тюремно-лагерного фольклора, Солженицын десятками пунктов «со знанием
дела» описывал, какими изуверскими способами пытали не только подследственных
арестованных. Ну, прямо «полное собрание беспардонного вранья», которые Николай
Васильевич Гоголь назвал бы «Записки сумасшедшего».
Начинал враль-Солженицын их перечисление
с таких «безобидных», как «щекотка», когда «подследственному придавливают руки
и ноги и щекочут в носу птичьим пером и у того ощущение, что ему сверлят мозг».
Остановим ваше внимание не на всех
пунктах, а лишь на некоторых.
Например, под 17 пунктом «знаток пыток»
детально рассказывает: - «Яма, глубиною три метра, диаметром метра два, куда
подследственного сталкивают на несколько суток. И под открытым небом это для
него и камера, и уборная. Вот туда бедняге на верёвочке спускали 300 грамм
хлеба раз в сутки; - О карцерах или запирании стоя в нишу. Арестанта раздевают
до одних кальсон, он там не может ни подогнуть колен, ни расправить и
переместить рук, ни повернуть головы. В такой тесноте он должен пробыть в
неподвижности сутки-трое-пятеро. Баланду - только через трое суток».
Конечно, автор «Архипелага» сочинял свои
«страшилки, ещё не зная интернета, в котором можно найти многое из истории
пыток. Иначе бы внёс в свой перечень «страшилок», несколько осовременив, «вилку
еретика» из времён инквизиции, когда четыре шипа, впивающихся в подбородок и в
грудину, не давали жертве совершать никаких движений головой, в том числе и
опустить голову ниже.
Пункт N23 в перечне Солженицына -
«клопяной бокс. В темном дощатом шкафу специально разведено сотни, может быть
тысячи клопов. Пиджак или гимнастерку с человека снимают, сажают в этот шкаф, и
тотчас на него, переползая со стен и падая с потолка, обрушиваются голодные
клопы».
Представляет ли сам автор этой байки,
как можно в пустом шкафу «развести» тысячи этих насекомых?
Под N27 - «битьё, не оставляющее
следов», но есть в этом солженицынском списке и оставляющее следы - «гашение
папиросы о кожу» подследственного». Вот тут сочинитель «советских способов
пыток» явно прогадал, не почерпнув сведений о «кресле допроса» из того же
интернета..
Но вот в N31 этого зловещего «Списка
Солженицына» числится «взнуздание или «ласточка». Это, когда длинное суровое
полотенце закладывается тебе через рот (взнуздание), а потом через спину
привязывается концами к пяткам. Вот так колесом на брюхе с хрустящей спиной без
воды и еды полежи суточек двое».
Можно приводить ещё много других
устрашающих приёмов, вроде: «Теркой стирают спину до крови и потом мочат
скипидаром», «Иголки загоняли под ногти» и т.п., но, простите, дорогой читатель
ещё за одно «свидетельств» «гулаговеда» Солженицына: «Но самое страшное, что с
тобой могут сделать, это: раздеть ниже пояса, положить на полу на спину, ноги
развести, на них сядут подручные (славный сержантский состав), держа тебя за
руки, а следователь (не гнушаются тем и женщины) - становится между твоих
разведенных ног и, носком своего ботинка, сапога (женщины - туфли) постепенно,
сдавливать половые органы.
Обратите внимание, именно здесь «знаток
пыток» пишет: «с тобой», «тебя», «твоих разведённых ног», а значит сдавливать и
«твои» половые органы. Это для «полноты ощущений», будто сам он уже это
испытал!
Наверное, забыл Солженицын о других
способах средневековых пыток, и поэтому не обнаружились в его «перечне»
осовремененные с учётом технического прогресса «испанские сапоги» времён
инквизиции и тому подобное.
Вот слова самого Солженицына: «Если бы
чеховским интеллигентам, все гадавшим, что будет через двадцать - тридцать -
сорок лет, ответили бы, что через сорок лет на Руси будут введены самые гнусные
[выделено А.И.С] допросы из всех здесь известных - сжимать череп металлическим
обручем, погружать человека в ванну с кислотой, связанного и голого оставить на
съедение муравьям или клопам, вставлять ему в анальное отверстие раскаленный на
примусе шомпол («секретное тавро»), медленно раздавливать сапогом половые
органы и - как самое легкое - многие сутки не давать ни спать, ни пить,
избивать до кровавого тумана, - и тогда никакой чеховский спектакль не
закончился бы, потому что всех героев увезли бы в сумасшедший дом».
Ни один из этих адских кошмаров, как
оказалось, вообще никак не подтверждены документально. Кого отдали на съедение
муравьям и клопам? Солженицына? Его товарища по камере? Кому раздавили сапогами
половые органы и кого мучили раскаленным шомполом? И весь этот дьявольский
рассказ «современного историка советского ГУЛАГа» Солженицына теряет даже
подобие правдоподобности.
Вспомним опять Геббельса о его
чудовищной лжи. Но живописуя эти страхи, он наверняка рассчитывал прослыть
великомучеником, вроде бы испытавшим всё это на себе, или, по крайней мере,
угрожавшими ему. Однако следователь, который вел «Дело» Солженицына,
характеризовал его так: «Есть люди мягкотелые, которые сами прямо даются вам в
руки. Помимо правды, они излагают и свои домыслы, лишь бы расположить вас к
себе. Солженицын как раз относился к этому типу подследственных».
Значит, к Александру Исаевичу
Солженицыну, бывшему капитану-артиллеристу не нужно было применять ничего из
этих «страшных пыток», чтобы он признался в чем угодно. Вот что говорили чеху
Ржезачу разные лица, уже отбывшие наказания за свои деяния из близкого
окружения Солженицына. («Спираль предательства Солженицына»).
Л. А. Самутин, офицер власовской армии,
человек, предоставлявший Солженицыну материал для книги «Архипелаг ГУЛаг», и
прятавшему его рукопись: «Никто ко мне даже не прикоснулся. Правда, по
отношению ко мне были грубы. Кричали, ругались (непристойно ругались), но вы
должны понять, что я был настоящий враг... Не просто какой-то рядовой. Я
редактировал во время войны власовскую газету «На дальнем посту», которая
выходила в Дании, где в то время жило много власовцев. Я ждал самого плохого,
но за все время следствия не получил даже тычка».
Капитан второго ранга Б. Бурковский,
заместитель командира крейсера «Аврора», некогда находившийся в заключении
вместе с Александром Солженицыным: «Я попал к молодым следователям. Они
нервничали. Если иногда не все шло так, как им хотелось, они кричали и излишне
грубо ругались. Но бить? Никто меня ни разу не ударил».
Давний друг Солженицына Николай Виткевич
на вопрос: «Били ли вас, мучили каким-либо образом, применяли ли к вам любое
другое средство физического воздействия во время допроса», ответил ещё
лаконичнее: «Нет. Я думаю, что это было строго запрещено».
Как видно даже только из этих
свидетельств, на самом деле «великий комбинатор» Солженицын оказался
псевдомучеником и просто политическим шарлатаном, авантюристом, отъявленным и
хитрым лжецом. Теперь об «издевательствах голодом и непосильным трудом» в
советских «Истребительно»-трудовых лагерях. Солженицын рассказывает ужасающие
истории о лагерных карцерах, штрафных лагерях и т. п.
Но сам-то он лично ничего подобного не
только не пережил, но даже не мог видеть такого вообще. Попробуем на
фактическом материале показать, были или не были советские
исправительно-трудовые лагеря лагерями смерти, О том, какими были нормы
снабжения тех, кто работал честно и не «волынил», скажем немного ниже. А вот
для тех, кто не работал или не хотел выполнять рабочих заданий, ещё в1939 г. в
соответствии с приложением к Приказу НКВД СССР N 0093-1939 г. были утверждены
нормы питания заключенных в исправительно-трудовых лагерях и колониях НКВД
СССР.
Не вырабатывающие производственную
норму, следственные и инвалиды должны были получать в день следующую норму
продуктов на одного человека.(в граммах): Хлеб ржаной - 600, крупа разная -
100, мясо - 30, рыба - 125, растительное масло 10, картофель, овощи - 500
и.т.д. Ведь то, что он в погоне за популярностью («чтобы везде быть первым»,
чтобы о нем «заговорили повсюду») приводит в своей книге разные тюремные
истории (погрязнее да пострашнее), безымянные или подписанные «Б» или «Г», еще
далеко не значит, что он пишет правдиво.
А вот что пишут те, кто на самом деле
пережил несладкую жизнь в лагере. Что касается тех, кто работал, то вот
свидетельства бывших заключённых. Они не скрывают ни горькой истины, ни
собственной фамилии. Д. Панин: »Зэки работали как могли, а им было положено не
более 900 граммов хлеба. Наша пятерка получала по 700 граммов хлеба, иногда
норма снижалась до 600 граммов и, когда это было возможно, возрастала до 900
граммов». Даже отъявленные злопыхатели не могут назвать хлебный паек от 600 до
900 граммов на человека голодным.
Исторической правды ради можно привести
немало наглядных примеров, подтверждающих гуманное, великодушное отношение к
заключенным в советских лагерях. Л. Самутин: «Конечно, в лагере - это не у тещи
на блинах. Особенно после войны положение было трудным. Строгий режим и тяжелая
работа... Мне пришлось несладко, но я выжил, и мои товарищи тоже. Люди, правда,
умирали - от запоздалой операции аппендицита, от инфаркта, воспаления легких.
Случались и производственные травмы. Ясно, что их было больше, чем в обычных
условиях: квалификация пониже, меньше опыта у работающих....Я побывал и в БУРах
(бараки усиленного режима), и в карцерах, и в «лагере штрафников». Я выжил, и
мои товарищи тоже выжили.... Я встречался с людьми, которые отсидели два и даже
три срока и тоже выжили. Так какой же
может идти разговор об истреблении, если люди - и такое случалось - сидели по
25 лет и все-таки вышли на свободу!».
Мой знакомый дворник часто повторял:
- Я один в нашем ЖКХ русский, остальные… В сегодняшних капиталистических
отношениях им постоянно недоплачивают, противно, что их обманывают. Я об этом
открыто говорю начальству.
Дворник мне напомнил высказывание
Владимира Ильича Ленина: «Рабочие зарабатывает так мало, что им приходится
покупать дешёвые, низкосортные, поддельные продукты. А ведь главный потребитель
– рабочие. Рабочих миллионы, капиталистов сотни. И вот производство дешёвого,
поддельного продукта растёт не по дням, а по часам – наряду с ростом
неслыханной роскоши горсти миллионеров (ПСС т. 21, стр. 466)».
- Я подкаблучник, всегда согласен со
своей женой, а если не согласен, даже не спорю, она у меня умница, во всём меня
поддерживает, и ведь тоже ушла из школы, где преподавала русский язык и
литературу. Она была не согласна, что в обязательную программу по литературе в
школы включили Солженицына, она ведь моя «шея», а я голова, куда шея повернёт, всегда в её пользу. Вот так мы
ушли с моей любимой из школы.
Дворник порекомендовал мне внимательно
прочитать статью Александра Пыльцына: «Солженицын - классик лжи и предательства»
Самое известное сочинение Солженицына -
«Архипелаг
ГУЛАГ» написано им тайно в 1958-1968 годах. В январе 1974 года вышло
в свет на Западе, во Франции и США. В СССР это сочинительство Солженицына,
мнящего себя «новым гением русской литературы», распространялось в то время
нелегально.
Роман «В круге первом» с 1990 по 1994
год издавался десятью(!) различными российскими издательствами суммарным
тиражом в 2,23 млн. экземпляров. «Раковый корпус» был переиздан в это же время
девять раз. Но все рекорды побил манифест «Как нам обустроить Россию»,
сочинённый им за рубежами родной страны и изданный у нас в сентябре 1990 года
за 4 года до возвращения автора из эмиграции. Статья была свёрстана на четырёх
страницах «Литературной газеты» и «Комсомольской правды» в виде 16-страничной
брошюры. Общий тираж составил 28 млн. экземпляров. В 2006 году издательство
«Время» подписало с Солженицыным договор об издании в течение 2006-2010 годов
его первого в России и в мире собрания сочинений в 30 томах. Такая
сверхактивность российских издателей в горбачёвско-ельцинское время правления
Союзом ССР и Россией, да и после них, говорит о прямой заинтересованности в
массовой пропаганде концентрированной антисоветской клеветнической компании,
развёрнутой на очень уж подходящем сочинительстве Солженицына. Александр
Твардовский, некогда похвалил первые, кажущиеся необычными литературные попытки
Солженицына, и по властному настоянию «самого Никиты Сергеевича», напечатал его
«Ивана Денисовича» в своем «Новом мире» в ноябре 1962-го. Но, во второй
половине 60-х, автор «Василия Тёркина» уже иначе оценивал солженицынский
«талант». Известный публицист Виктор Кожемяко приводит высказывание
Твардовского по поводу солженицынского «Ракового корпуса»: «Даже если бы
печатание зависело целиком от одного меня, я бы не напечатал. Там неприятие
Советской власти. ... У вас нет подлинной заботы о народе! Такое впечатление,
что вы не хотите, чтобы в колхозах было лучше, у вас нет ничего святого. ...
Ваша озлобленность уже вредит вашему мастерству». А относительно пьесы
Солженицына «Олень и шалашовка» высказался не менее определённо: «Я бы (в
случае её опубликования) написал против неё статью. Даже бы и запретил».
Советская власть Солженицыну была
ненавистна, что называется, со всеми ее потрохами: как с трагедиями, так и со
свершениями, Именно «Архипелаг» должен был явить эту ненависть всему миру окончательно
и бесповоротно. Поэтому он включил туда такие пассажи, которые ужаснули даже
многих его советских единомышленников. Например, вот такой, с оправданием
коллаборационистов, в частности преподававших при немцах: "Конечно, за это
придется заплатить. Из школы придется вынести портреты с усами и, может быть,
внести портреты с усиками. Елка придется уже не на Новый год, а на Рождество, и
директору придется на ней (и еще в какую-нибудь имперскую годовщину вместо
октябрьской) произнести речь во славу новой замечательной жизни - а она на
самом деле дурна. Но ведь и раньше говорились речи во славу замечательной
жизни, а она была тоже дурна. То есть, прежде-то кривить душой и врать детям
приходилось гораздо больше...". Иными словами - какая разница между фашистским
режимом и советским. Одинаковые. Советский, впрочем немного хуже - врать-де
приходилось больше!
А из этого выковался афоризм (точнее -
афонаризм): «Ну и что, если победили бы немцы? Висел портрет с усами, повесили бы с
усиками. Всего и делов!".
Не с этой подлой фразы потом пошли
совсем не безобидные «байки» насчёт «баварского пива» и подобные рассуждения.
Считаю очень уместным дать здесь другое
определение этим «патриотическим» словам откровенного предателя, для которого,
что фашизм, что советский социализм, что Гитлер, что Сталин - без разницы. И
это определение очень точно выразила наша ленинградская поэтесса Валерия
Вьюшкова в своей эпиграмме Солженицыну:
Нет, было подлецу отнюдь не всё равно!
Ведь Гитлер для него - герой буржуйской воли!
Антисоветский бред его проходят в школе!
Грехов у Солженицына-лжеца - полно!
Вермонтский прохиндей, наглеющий всё боле,
Он к Рейгану взывал: "Социализм доколе
Терпеть вы будете?! Москву пора давно
Бомбить, как Хиросиму! Бомбу жалко, что
ли?!..".
Просто нельзя не согласиться с тезисом о
том, что никто из писателей советской эпохи не нанес столь огромного ущерба
репутации СССР, и вреда России, как Солженицын. Вся Европа читала книги, где
Советский Союз представлялся как одна большая тюрьма. А любая, самая
отвратительная по качеству литературная стряпня против Советского Союза, её
народов, тем более - против советской власти, на Западе всегда, и нынче тоже,
встречалась и встречается приветственно, солженицынские опусы в том числе.
Хотя, как вспоминал бывший посол США в СССР
Д. Бим: «Солженицын создавал трудности для всех,
имевших с ним дело... Первые варианты его рукописей были объемистой,
многоречивой сырой массой, которую нужно было организовать в понятное целое...
они изобиловали вульгаризмами и непонятными местами. Их нужно было
редактировать».
Всем известна геббельсовская формула
«Чем чудовищнее ложь, тем скорее в неё поверят». Вот и Солженицын взял на своё
вооружение Геббельса.
Но вот мнения писательского мира нашей
страны о таком явлении, как Солженицын.
О
«патриотизме» Солженицына
В наше время под выражением «патриотизм»
понимают далеко не одно и то же, однако надеюсь, что истинные патриоты это
понятие расшифровывают, как особое эмоциональное ощущение своей принадлежности
к Родине, осознание своеобразия культуры своего народа. Патриот гордится своей
Родиной, её достижениями и культурой, стремится сохранять её характер и
культурные особенности. Его отличает готовность к защите интересов Родины и
своего народа, а при особой опасности для них - и к самопожертвованию.
Представления о патриотизме связываются
с трепетным отношением к своей Родине, но представление о сущности патриотизма
у людей разных социальных групп может быть неидентичным, или, как было принято
в советской терминологии, патриотизм - категория классовая. Я не всегда
разделяю мысли и чувства известного публициста Михаила Веллера, высказываемые
им в его книгах и ежевоскресных передачах по «Радио России».
Но сказанное им в сентябре 2011 года
относительно Солженицына, импонирует мне: «Случается, что человек,
эмигрировавший из своей Родины, порвавший с ней и затаивший злобу на свою
страну, транслирует свои негативные чувства и идеи через свое творчество.
...Когда мать больна, ее не оставляют, а наоборот - пытаются за ней ухаживать,
делают все возможное, чтобы она выздоровела. Когда больна Родина-мать - тем
более нельзя ее покидать, бросать, уезжая туда, где тебе комфортнее, уютнее и
сытнее. Когда мы видим те ужасающие события, которые происходят в нашей стране,
- ложь, предательство, воровство, отступничество, - то мы не должны бросать
нашу страну на растерзание ворам и предателям».
Наверное, эти высказывания Веллера тоже
определяют сущность патриотизма. Но посмотрим, как ведёт себя «патриот»
Солженицын, в том числе и оказавшись за рубежами родины.
Известно, что в июне-июле 1975 года
выдворенный из СССР Солженицын посетил Вашингтон и Нью-Йорк, и выступил с
речами на съезде профсоюзов и в Конгрессе США (эти речи при поддержке ЦРУ были
изданы тиражом в 11 млн. экземпляров!).
Участие «патриота» в Великой Отечественной
войне в защиту своего Отечества, бывшему офицеру А.Солженицыну не помешало в
вышеупомянутом выступлении в США в 1975 г. сказать следующее: «Англия, Франция,
США - державы победительницы во Второй мировой войне». «Америка помогла
выиграть Европе первую и вторую войны. США, хотят они того или не хотят,
поднялись на хребет мировой истории и несут на себе тяжесть руководства, если
не всем миром, то еще доброй половиной его... Потому и вы, члены Сената и члены
Палаты Представителей, каждый из вас - не рядовой член рядового парламента, но
вы взнесены на особую высоту в современном мире».
В 1978 году он публично обратился к
американцам со знаменитыми словами: «...мировое зло (СССР), ненавистное к
человечеству, и оно полно решимости уничтожить ваш строй. Надо ли ждать, что
американская молодёжь должна будет гибнуть, защищая границы вашего
континента?!».
Чешский писатель Томаш Ржезач, поначалу
веривший в несправедливость изгнания «гения» из родной страны, свидетель того,
как Солженицын убеждал собеседников на съёмной квартире в одном из городов
Швейцарии: «Россия согрешила перед собой и другими народами, поэтому иссякли ее
моральные, социальные и политические силы.
Единственное, что у нее осталось, - это
чудовищная военная мощь, которая без труда способна за две недели уничтожить
всю Западную Европу, но уже ничего не может без труда обновить, если только...
не будет покаяния! Россия должна покаяться!» Ржезач старался не пропускать ни
одной возможности быть рядом. Поняв внутреннюю сущность этого «патриота», его
мерзость в суждениях и сочинениях, он и написал свою книгу «Спираль измены
Солженицына». В ней он дал психологический портрет этого отщепенца, привёл
множество цитат из многочисленных словоблудных выступлений Солженицына, которые
я привожу в разных частях этой работы. В частности, касаясь «патриотической»
речи в американском конгрессе в 1975 г., приводит пример, как выдворенный из
своей страны «гений», задолго до такого известного мракобеса, как Рейган с его
«империей зла», провозгласил нашу страну «Мировым Злом», «абсолютным злом»!
И вот некоторые пассажи «русского
патриота»: «Россия не нуждается в море, мы не морской народ, как англичане, а
сухопутный. Наша активность на море противоречит исконному русскому образу
жизни. Так же как от моря, мы должны отказаться и от своих земель в советской
части Азии, где живут народы, чуждые нам по своей культуре, языку и - прежде
всего - по религиозным традициям». В одном из выступлений в Швейцарии выразился
ещё «решительнее»: «Россия должна возвратиться к своим старым границам. К
границам времен Ивана Грозного. Отказаться от своей активности в Прибалтике и в
бассейне Черного моря...» «Не только Россия, - твердит он постоянно, - но и все
народы должны пройти через покаяние.
Пусть покаются французы за великую
революцию. Пусть Америка осознает все преступления Джорджа Вашингтона. А
Германия извинится перед миром за крестьянские бунты и Либкнехта...». Не за
нападение на страны Европы и на его родину - Советскую Россию, не за Гитлера и
Освенцим с Бухенвальдом, белорусскую Хатынь и французский Орадур, не за
миллионы русских, умерщвлённых в лагерях смерти, не за выжженную Белоруссию и
Украину!
Об этом душа у «русского патриота»
Солженицына не болит. Пожалуй, никто из эмигрантов разных мастей не пал столь
низко. Однако, «патриотизм» Солженицына проявлялся не только в его позициях,
громогласно заявленных за рубежом в бесконечных выступлениях и интервью.
Кроме всего прочего, это ярко выражено и
в его отношении к предателям, перешедшим на сторону врага во время Великой
Отечественной войны, и особенно - к перешедшему на службу к гитлеровцам
генералу Власову, власовцам и другого рода коллаборационистам.
Очень кстати здесь привести одну строфу
из стихотворения известной поэтессы-патриота Людмилы Заверняевой:
Классический делец и пасквилянт,
Не классиком вошёл в литературу –
Со власовцами встал в единый ряд,
Продавшись за зелёные купюры.
В «адаптированный» вдовой писателя Н.
Солженицыной и втрое сокращенный «Архипелаг», выпущенный издательством
«Просвещение» и предназначенный для школьников 11 класса, как «летопись
страданий», не вошла глава, оправдывающая генерала-предателя Власова.
Побоялась, наверное, Наталья Дмитриевна,
что даже школьное поколение российских граждан «не поймёт» «титана русской
литературы» с его «патриотизмом». «Власовскую армию я не включила сюда совсем,
- признается Наталья Солженицына, - я решила это полностью элиминировать,
потому, что наше общество не готово сегодня это обсуждать.
Пусть еще пройдут десятилетия, когда
люди будут обсуждать это» (Примечание: элиминировать - исключать, изымать,
устранять).
Сама Солженицына, видимо, считает, что
когда перемрёт не только поколение, знающее истину о героизме и предателях
войны с фашизмом, но и те, кто верил нам, а не пасквилянтам, тогда и наступит
«полная эра владычества солженицынского вранья».
Вот ещё один «патриотический» пассаж
Солженицына, произнесённый им в Америке: «Англия, Франция, США, одержали победу
во Второй мировой войне. (По Солженицыну СССР тут вовсе не причастен к этой
победе.) Победоносные государства всегда диктуют мир, они добиваются твердых
условий, они создают род ситуации, который соответствует их философии, их
представлению о свободе, их представлению о национальных интересах».
Все словоупражнения (вернее -
«словоиспражнения») изгнанного с родины негодяя Солженицына представляют собой
просто удивительный сплав подлости, глупости, патологии и холуйства. Редкий
человек и в редких условиях может опуститься до такого низкого по человеческим
меркам уровня. Приведём и мнения о «патриотизме» Солженицына из-за океана, из
самих Соединённых штатов Америки.
В далеком 1971-м году, когда автор
«Архипелага» и других пасквилей на свою Родину, ещё не покидал Советского
Союза, известный тогда и в нашей стране Дин Рид - американский певец, киноактёр
и общественный деятель, опубликовал открытое письмо Солженицыну, в котором
назвал все обвинения Солженицына в отношении Советского Союза ложными.
Частым гостем в СССР бывал тогда Рид, и
видел наше общество сам. «Вы говорите, что «вся атмосфера (вашей) страны
пропитана ненавистью, и еще раз ненавистью, не останавливающейся даже перед
расовой ненавистью. Вы, должно быть, говорите о моей родине, а не о своей. Ведь
именно Америка, а не Советский Союз, ведет войны и создает напряженную
обстановку возможных войн с тем, чтобы давать возможность своей экономике
действовать, а нашим диктаторам, военно-промышленному комплексу наживать еще
больше богатства и власти на крови наших собственных американских солдат и всех
свободолюбивых народов мира! Больное общество у меня на родине, а не у вас, г-н
Солженицын!».
Как злободневны эти слова Рида и
сегодня!
Хочу также сослаться и на уважаемого
мной Владимира Василика, который в своих очень аргументированных и
документально доказательных публикациях на сайте РНЛ, касаясь Солженицына,
справедливо утверждает, что «...с известного момента своей борьбы с Россией,
которая ему не нравится, стал участником и заложником большой политической
игры.
Игры, направленной внешне против
Советского Союза. На самом деле - против России. Вольно или невольно, но
А.И.Солженицын оказался участником целого ряда информационных акций.
Одна из них - реабилитация Власовского
движения. Именно Солженицын запустил в умы читателей ядовитую мысль: не
власовцы изменили Родине, а Родина трижды изменила им».
Не исключаю, что оправдание Солженицыным
власовцев, будто не они изменили Родине, «а родина изменила им» и всем вообще,
перешедшим на службу немцам, сформулировано автором «Архипелага» в том числе и
для того, чтобы обелить своё предательство и измену. Дескать, не он изменил
Родине, а она, вся Советская страна изменила ему, выдающемуся и непонятому
«гению», поставив себя фактически рядом с Власовым.
А в моих глазах значит и заслуживший
такого же бесславного конца. Бывший генерал Власов - предатель без всяких
скидок и сомнений, и не суть важно, что привело его к этому - подлость или
трусость. Скорее всего, и то и другое вместе.
И тот кто провозглашает его патриотом и
героем, восставшим против ненавистного советского общества - сам того же поля.
Да, власовцы по мнению Александра
Иаевича чуть ли не святые. А как может характеризовать человека его восхищение
предателем? Есть такое верное выражение: «Друг моего врага - мой враг». И по
отношению к обоим, и Власову, и Солженицыну, она абсолютна. Распускаются «проверенные»
байки о том, что Сталин, как Верховный, не принимал никаких мер помощи армии
Власова, попавшей в сложное положение и сам Сталин виноват в том, что Власов
ушёл от него, «нечестного» к его антиподу Гитлеру.
Маршал Василевский в опровержение таких
домыслов пишет: «Власов, не обладавший многими необходимыми качествами
командира и, будучи на деле нерешительным и трусоватым по природе, был
совершенно пассивен. Угрожающее положение, в котором оказалась его армия,
деморализовало его до конца, и он не сделал попытки вывести свои войска быстро
и скрытно... Об этом свидетельствует целый ряд директив ВГК, которые я лично
писал под диктовку Сталина.
Власов присоединился к врагу, хотя
значительная часть его армии сумела прорваться сквозь немецкие войска и спастись».
Общеизвестно, что если офицер, или даже солдат давал присягу Родине и изменил
ей, то это всегда измена, предательство. Здесь обсуждать нечего, тем более,
когда речь идёт о генерале.
На этот счёт некоторые приводят примеры,
когда офицеры царской армии во время Октябрьской революции перешли на сторону
большевиков, доросли в СССР до маршалов, и им «почему-то» не ставили это в
вину. Ответим им просто: офицеры, дававшие присягу Царю, с его отречением от
престола были освобождены от этой присяги. Цена и доля самого Власова, как и
так называемого «власовского движения» в трактовке такого события в нашей
истории, как Великая Отечественная Война - не так уж значительны, если,
конечно, не принимать во внимание геббельсовско-солжницынскую пропаганду, и не
возводить ее в ранг, достойный пособия по изучению истории войны.
Солженицынские позиции антипатриотизма,
поддерживаются и пропагандируются многими нынешними политиканами типа Николая
Сванидзе, Леонида Млечина, Пивоваровых и им подобными. Это самый удобный и
очень широко дублируемый многими СМИ рупор для всякого рода политических
коллаборационистов, современных власовцев, и сегодня готовых идти или уже
идущих в услужение тем, кто мечтает и делает всё, чтобы разрушить славянское
единство и его основу - Россию.
Поэтому перейдём к его другому, столь же
неблаговидному по своей истинной сути такого же, как и «Архипелаг» фарисейского
призыва ко всем советским людям «ЖИТЬ НЕ ПО ЛЖИ». А основа этого голоса, этих
позиций - ложь, ложь и во всех видах ложь. 12. «Жить не по лжи» - самый лживый
тезис Со-ЛЖЕ-ницына Крикливая, амбициозная, написанная очень уж «шершавым»
языком статья-эссе Солженицына «Жить не по лжи», обращённая, прежде всего к
советской интеллигенции, опубликована 18 февраля1974 года в газете Daily Express
(Лондон), а в СССР распространялось через подпольный «самиздат».
Официально впервые в СССР это эссе было
опубликовано 18 октября 1988 года в киевской многотиражке «Рабочее слово». В
этом своём «уроке» Солженицын призывал каждого поступать так, чтобы «из-под его
пера не вышло ни единой фразы, «искривляющей правду», не высказывать подобной
фразы ни устно, ни письменно...». Уж очень похоже это на диагноз «раздвоение
личности».
По своей природе, как утверждают
специалисты, раздвоение личности, в зависимости от степени «раздвоения» - это
либо шизофрения «в чистом виде», либо одержимость.
Оставим этот вопрос на решение психиатров, но
всё-таки примем, как почти самое безобидное - одержимость.
Из всего, что мы изложили в этой работе,
абсолютно понятно, что ничего правдивого, ничего, что не является злонамеренной
ложью, ни в сочинениях, ни в выступлениях Солженицына просто нет.
Взгляды на советскую действительность
автора «Жизни и необычайных приключений солдата Ивана Чонкина» Владимира
Войновича, в значительной степени мне не импонировали и в прошлом да, и теперь.
В
декабре 1980 года, как и в своё время Солженицын, он был лишён советского
гражданства и выслан из СССР. В 1980-1992 годах жил в ФРГ и США, сотрудничал с
антисоветской радиостанцией «Свобода». В 1990 году Войновичу было возвращено
советское гражданство.
Так вот, даже Войнович по поводу
нравоучений Солженицына в своём «Жить не по лжи», высказался вполне
определённо: «...если он учит нас жить не по лжи, а сам своим заветам не
следует, должен ли я уважать его поучения?».
Обратим особое внимание на некоторые из этих
его «поучений». Среди перечисленных Солженицыным необходимых способов
«уклонений ото лжи» он категорически требует: -личное неучастие во лжи; -ни в
чём не поддерживать лжи сознательно!. -не писать, не печатать никаким способом
искривляющее правду; -не кичиться, что ты академик или народный артист,
заслуженный деятель или генерал, в противном случае пусть скажет себе: я быдло
и трус, мне лишь бы сытно и тепло. Во всём вышеизложенном мы уже убедились, что
по любому из упомянутых «постулатов» сам он действовал ВСЕГДА НАОБОРОТ, и
последняя из его фраз даже более, чем на 100% точно относится к нему,
Солженицыну.
Все, кто видел портреты Солженицына,
обращали внимание на шрам, пересекающий правую сторону лба. Многие считали: это
памятный след - то ли войны, то ли тюрьмы. Солженицын не подтверждал этого, но
и не разуверял.
На самом деле, эта метка хорошо видна на
довоенных фотографиях. Оказывается, Солженицын ещё, будучи учеником 5 или 6
класса в школе имени Малевича в Ростове-на-Дону, подрался с одноклассником.
Ударившись об угол парты, упал и рассек себе лоб от корней волос до конца
правой брови, немного наискосок. Образовался глубокий шрам, который остался у
Александра Солженицына на всю жизнь...
А много лет спустя Солженицын повезет за
границу этот шрам то ли как почетное ранение, то ли как молчаливое
свидетельство своей сложной судьбы, намекая вроде бы и на пытки в «сталинских
застенках».
Материал для «Архипелага» его автору в
основном дали разговоры, которые он вёл в «шарашке», в пересыльных тюрьмах и
лагерях да и просто любители посочинять, вроде бывшего зэка Варлама Шаламова.
Эта информация, которую зэк Солженицын
там получал, носила исключительно фольклорный, а подчас и мифический характер.
Да он её ещё тщательно фильтровал, выбирая наиболее «выдающиеся», докрашивая их
с одной целью - сделать пострашнее, бить на психику людей не знакомых с жизнью
по ту сторону решёток.
Там, за решёткой, своя историография и
своё отношение к властям, свои мифы, и исключительно устные байки. Вместо
документов и цитат здесь «правят бал» напичканные страхами небылицы,
рассказанные «бывалыми людьми», «свидетельства» «очевидцев», а то и просто
слухи да анекдоты.
И в этом весь Солженицын, не гнушающийся
даже и бесстыдным подлогом. На страницах Архипелага у Солженицына можно увидеть
такой прямой подлог, ссылку на несуществующие документы.
Например, есть у него там
«документальное» утверждение о том, что после покушения эсерки Каплан на
Владимира Ильича Ленина, НКВД призвал свои отделения сразу же арестовать всех
эсэров и взять заложниками большое число представителей буржуазии и офицерства.
В сноске он указывает источник, из
которого черпал данные: «Вестник НКВД, 1918, N21/22, с. 1». Однако, в 1918 году
Народного комиссариата внутренних дел (НКВД) вообще не было, он был создан
только 10 июля 1934 года.
Как оказалось, такого «Вестника НКВД» в
природе не существует, так как самого НКВД и в проекте ещё не было. Автор
«Архипелага», судя по всему, был ещё с детства начитан страстями о пытках,
применяемых средневековой инквизицией.
Вот его «Архипелаг ГУЛАГ» и представляет
собой не всегда прилично скомпонованное «чтиво» из таких вот слухов, баек,
мифов и просто небылиц.
Можно приводить их бесконечно много из
любой части и любой главы «Архипелага», но для примера возьмём хотя бы только
второй том, а из него, часть 3, названную им не «Исправительно-трудовые», а
«Истребительно-трудовые».
Остановим внимание читателя на главе
«Архипелаг возникает из моря». Там автор рассказывает, как в карельских лагерях
целые роты арестантов кладут в снег за провинность на много часов. Это, как мы
увидим, «цветочки», а «ягодки» впереди. Среди этих «ягодок» и описание такого
способа: «запрягают лошадь в пустые оглобли, к оглоблям привязывают ноги
виновного, на лошадь садится охранник и гонит её по лесной вырубке, пока стоны
и крики сзади не кончатся».
Понятно, что «лесная вырубка» - это сплошные
пни и коряги, так что «крикам и стонам» раздаваться недолго! Видимо, эта байка
не что иное, как «упрощённый» способ средневековой казни - «четвертование
лошадьми», когда беднягу за руки и ноги привязывают к 4-м лошадям. Потом
животных пускали вскачь. Вариантов не было - только смерть.
А Солженицыну («прагматик»!) экономнее
одной лошадью. А вот уже прямая цитата от этого сочинителя страшилок:
«Рассказывают, что в декабре 1928 г. на Красной Горке (Карелия) заключенных в
наказание (не выполнили задание) оставили ночевать в лесу и 150 человек
замерзли насмерть. Это обычный соловецкий прием, тут не усумнишься. Труднее
поверить другому рассказу, что на Кемь-Ухтинском тракте близ местечка Кут в
феврале 1929 г. роту заключенных, около 100 человек, за невыполнение нормы
загнали на костер, и они сгорели. Об этом мне рассказал всего один только
человек, профессор Д. П. Каллистов, старый соловчанин, умерший недавно». Сам
автор здесь оговаривается, что «рассказал это только один человек», да и тот
уже умер, дескать, такое зверство было, но вот подтвердить некому!
И сам, понимая, что этому едва ли кто
поверит, добавляет: «Пересекающихся показаний я об этом не собрал,.. Но те, кто
морозят людей, - почему не могут их сжечь?»
Попробуем «на трезвую голову»
проанализировать эту байку и доказать, что это из разряда чистых небылиц. В
первом случае совершенно непонятно, что значит «оставили в лесу»?
Если охрана ушла ночевать в казарму, так
это же голубая мечта зеков! Особенно блатных: они бы моментально разбежались.
Представить только, что полторы сотни крепких мужиков (слабых и истощённых на
лесоповал, да ещё зимой - не могли брать!), с топорами и пилами в руках
спокойно и молча замерзают. Насмерть замерзают!
Поверить в это может только малыш из
детяслей или полный идиот, никогда не слышавший о лесорубах и не видевший
обыкновенного леса.
Второй пример - тоже дикий вымысел. Огня,
известно, боятся не только дикие звери, но и человек. Ведь когда при пожаре
люди выпрыгивают из 8-9-х этажей и разбиваются насмерть, они, скорее всего
сознательно идут на мгновенную смерть, лишь бы не сгореть мучительно заживо. А
тут мы должны поверить, что несколько конвойных сумели загнать в костер сотню
зэков. Да самый безвольный зэк предпочтет быть застреленным, но в огонь не
прыгнет.
Если бы даже десяток охранников со
своими пятизарядными винтовками или карабинами попытались загнать в костер эту
сотню, вооружённую топорами, пилами и ещё бог знает чем для валки леса, то сами
бы в костре и оказались. Да и какой костер нужно было развести, чтобы сжечь там
сотню живых людей. Это очень похоже на байки о том, что за штрафбатом в 800
человек, вооружённых автоматами, пулемётами, и с полными сумками гранат могли
поставить заградотряд в 200 человек, чтобы погнать 800 штрафников на немецкие
пулемёты.
Короче, этот «жареный факт», как и
«замороженные полторы сотни» брошенных без охраны заключённых, как и пронумерованный
перечень пыток и издевательств, о котором речь пойдёт ниже - злобная выдумка
Солженицына, уж очень смахивающая на то, что у русских называют «бред сивой
кобылы», как несусвётное враньё.
По
отношению к автору этих страшилок я бы применил более подходящий
фразеологический оборот: «Врёт, как сивый мерин», означающий наглую,
беззастенчивую ложь далеко не юного, а уже тронутого сединой беспардонного
фантазёра.
Так, что ещё одно из «правил»
Солженицына : «не писать, не печатать никаким способом искривляющее правду»
«подкреплено» фактическими действиями самого автора призыва «Жить не по лжи».
Попробуйте вспомнить, как живописал
Александр Исаевич страхи, которых он якобы был «свидетелем» в советских
лагерях. В своих пасквилях на советскую юридическую действительность на основе
такого тюремно-лагерного фольклора, Солженицын десятками пунктов «со знанием
дела» описывал, какими изуверскими способами пытали не только подследственных
арестованных. Ну, прямо «полное собрание беспардонного вранья», которые Николай
Васильевич Гоголь назвал бы «Записки сумасшедшего».
Начинал враль-Солженицын их перечисление
с таких «безобидных», как «щекотка», когда «подследственному придавливают руки
и ноги и щекочут в носу птичьим пером и у того ощущение, что ему сверлят мозг».
Остановим ваше внимание не на всех
пунктах, а лишь на некоторых.
Например, под 17 пунктом «знаток пыток»
детально рассказывает: - «Яма, глубиною три метра, диаметром метра два, куда
подследственного сталкивают на несколько суток. И под открытым небом это для
него и камера, и уборная. Вот туда бедняге на верёвочке спускали 300 грамм
хлеба раз в сутки; - О карцерах или запирании стоя в нишу. Арестанта раздевают
до одних кальсон, он там не может ни подогнуть колен, ни расправить и
переместить рук, ни повернуть головы. В такой тесноте он должен пробыть в
неподвижности сутки-трое-пятеро. Баланду - только через трое суток».
Конечно, автор «Архипелага» сочинял свои
«страшилки, ещё не зная интернета, в котором можно найти многое из истории
пыток. Иначе бы внёс в свой перечень «страшилок», несколько осовременив, «вилку
еретика» из времён инквизиции, когда четыре шипа, впивающихся в подбородок и в
грудину, не давали жертве совершать никаких движений головой, в том числе и
опустить голову ниже.
Пункт N23 в перечне Солженицына -
«клопяной бокс. В темном дощатом шкафу специально разведено сотни, может быть
тысячи клопов. Пиджак или гимнастерку с человека снимают, сажают в этот шкаф, и
тотчас на него, переползая со стен и падая с потолка, обрушиваются голодные
клопы».
Представляет ли сам автор этой байки,
как можно в пустом шкафу «развести» тысячи этих насекомых?
Под N27 - «битьё, не оставляющее
следов», но есть в этом солженицынском списке и оставляющее следы - «гашение
папиросы о кожу» подследственного». Вот тут сочинитель «советских способов
пыток» явно прогадал, не почерпнув сведений о «кресле допроса» из того же
интернета..
Но вот в N31 этого зловещего «Списка
Солженицына» числится «взнуздание или «ласточка». Это, когда длинное суровое
полотенце закладывается тебе через рот (взнуздание), а потом через спину
привязывается концами к пяткам. Вот так колесом на брюхе с хрустящей спиной без
воды и еды полежи суточек двое».
Можно приводить ещё много других
устрашающих приёмов, вроде: «Теркой стирают спину до крови и потом мочат
скипидаром», «Иголки загоняли под ногти» и т.п., но, простите, дорогой читатель
ещё за одно «свидетельств» «гулаговеда» Солженицына: «Но самое страшное, что с
тобой могут сделать, это: раздеть ниже пояса, положить на полу на спину, ноги
развести, на них сядут подручные (славный сержантский состав), держа тебя за
руки, а следователь (не гнушаются тем и женщины) - становится между твоих
разведенных ног и, носком своего ботинка, сапога (женщины - туфли) постепенно,
сдавливать половые органы.
Обратите внимание, именно здесь «знаток
пыток» пишет: «с тобой», «тебя», «твоих разведённых ног», а значит сдавливать и
«твои» половые органы. Это для «полноты ощущений», будто сам он уже это
испытал!
Наверное, забыл Солженицын о других
способах средневековых пыток, и поэтому не обнаружились в его «перечне»
осовремененные с учётом технического прогресса «испанские сапоги» времён
инквизиции и тому подобное.
Вот слова самого Солженицына: «Если бы
чеховским интеллигентам, все гадавшим, что будет через двадцать - тридцать -
сорок лет, ответили бы, что через сорок лет на Руси будут введены самые гнусные
[выделено А.И.С] допросы из всех здесь известных - сжимать череп металлическим
обручем, погружать человека в ванну с кислотой, связанного и голого оставить на
съедение муравьям или клопам, вставлять ему в анальное отверстие раскаленный на
примусе шомпол («секретное тавро»), медленно раздавливать сапогом половые
органы и - как самое легкое - многие сутки не давать ни спать, ни пить,
избивать до кровавого тумана, - и тогда никакой чеховский спектакль не
закончился бы, потому что всех героев увезли бы в сумасшедший дом».
Ни один из этих адских кошмаров, как
оказалось, вообще никак не подтверждены документально. Кого отдали на съедение
муравьям и клопам? Солженицына? Его товарища по камере? Кому раздавили сапогами
половые органы и кого мучили раскаленным шомполом? И весь этот дьявольский
рассказ «современного историка советского ГУЛАГа» Солженицына теряет даже
подобие правдоподобности.
Вспомним опять Геббельса о его
чудовищной лжи. Но живописуя эти страхи, он наверняка рассчитывал прослыть
великомучеником, вроде бы испытавшим всё это на себе, или, по крайней мере,
угрожавшими ему. Однако следователь, который вел «Дело» Солженицына,
характеризовал его так: «Есть люди мягкотелые, которые сами прямо даются вам в
руки. Помимо правды, они излагают и свои домыслы, лишь бы расположить вас к
себе. Солженицын как раз относился к этому типу подследственных».
Значит, к Александру Исаевичу
Солженицыну, бывшему капитану-артиллеристу не нужно было применять ничего из
этих «страшных пыток», чтобы он признался в чем угодно. Вот что говорили чеху
Ржезачу разные лица, уже отбывшие наказания за свои деяния из близкого
окружения Солженицына. («Спираль предательства Солженицына»).
Л. А. Самутин, офицер власовской армии,
человек, предоставлявший Солженицыну материал для книги «Архипелаг ГУЛаг», и
прятавшему его рукопись: «Никто ко мне даже не прикоснулся. Правда, по
отношению ко мне были грубы. Кричали, ругались (непристойно ругались), но вы
должны понять, что я был настоящий враг... Не просто какой-то рядовой. Я
редактировал во время войны власовскую газету «На дальнем посту», которая
выходила в Дании, где в то время жило много власовцев. Я ждал самого плохого,
но за все время следствия не получил даже тычка».
Капитан второго ранга Б. Бурковский,
заместитель командира крейсера «Аврора», некогда находившийся в заключении
вместе с Александром Солженицыным: «Я попал к молодым следователям. Они
нервничали. Если иногда не все шло так, как им хотелось, они кричали и излишне
грубо ругались. Но бить? Никто меня ни разу не ударил».
Давний друг Солженицына Николай Виткевич
на вопрос: «Били ли вас, мучили каким-либо образом, применяли ли к вам любое
другое средство физического воздействия во время допроса», ответил ещё
лаконичнее: «Нет. Я думаю, что это было строго запрещено».
Как видно даже только из этих
свидетельств, на самом деле «великий комбинатор» Солженицын оказался
псевдомучеником и просто политическим шарлатаном, авантюристом, отъявленным и
хитрым лжецом. Теперь об «издевательствах голодом и непосильным трудом» в
советских «Истребительно»-трудовых лагерях. Солженицын рассказывает ужасающие
истории о лагерных карцерах, штрафных лагерях и т. п.
Но сам-то он лично ничего подобного не
только не пережил, но даже не мог видеть такого вообще. Попробуем на
фактическом материале показать, были или не были советские
исправительно-трудовые лагеря лагерями смерти, О том, какими были нормы
снабжения тех, кто работал честно и не «волынил», скажем немного ниже. А вот
для тех, кто не работал или не хотел выполнять рабочих заданий, ещё в1939 г. в
соответствии с приложением к Приказу НКВД СССР N 0093-1939 г. были утверждены
нормы питания заключенных в исправительно-трудовых лагерях и колониях НКВД
СССР.
Не вырабатывающие производственную
норму, следственные и инвалиды должны были получать в день следующую норму
продуктов на одного человека.(в граммах): Хлеб ржаной - 600, крупа разная -
100, мясо - 30, рыба - 125, растительное масло 10, картофель, овощи - 500
и.т.д. Ведь то, что он в погоне за популярностью («чтобы везде быть первым»,
чтобы о нем «заговорили повсюду») приводит в своей книге разные тюремные
истории (погрязнее да пострашнее), безымянные или подписанные «Б» или «Г», еще
далеко не значит, что он пишет правдиво.
А вот что пишут те, кто на самом деле
пережил несладкую жизнь в лагере. Что касается тех, кто работал, то вот
свидетельства бывших заключённых. Они не скрывают ни горькой истины, ни
собственной фамилии. Д. Панин: »Зэки работали как могли, а им было положено не
более 900 граммов хлеба. Наша пятерка получала по 700 граммов хлеба, иногда
норма снижалась до 600 граммов и, когда это было возможно, возрастала до 900
граммов». Даже отъявленные злопыхатели не могут назвать хлебный паек от 600 до
900 граммов на человека голодным.
Исторической правды ради можно привести
немало наглядных примеров, подтверждающих гуманное, великодушное отношение к
заключенным в советских лагерях. Л. Самутин: «Конечно, в лагере - это не у тещи
на блинах. Особенно после войны положение было трудным. Строгий режим и тяжелая
работа... Мне пришлось несладко, но я выжил, и мои товарищи тоже. Люди, правда,
умирали - от запоздалой операции аппендицита, от инфаркта, воспаления легких.
Случались и производственные травмы. Ясно, что их было больше, чем в обычных
условиях: квалификация пониже, меньше опыта у работающих....Я побывал и в БУРах
(бараки усиленного режима), и в карцерах, и в «лагере штрафников». Я выжил, и
мои товарищи тоже выжили.... Я встречался с людьми, которые отсидели два и даже
три срока и тоже выжили. Так какой же
может идти разговор об истреблении, если люди - и такое случалось - сидели по
25 лет и все-таки вышли на свободу!».
Нет комментариев. Ваш будет первым!