Я видел сон, где всё отмерено заранее,
Где ты не можешь ни покупать, ни продавать,
Лишь горечь души, слёзы отчаяния,
И страх животный звучит как призыв погибать.
Вам всё размерено до грамма, а то, что сверх того, купить нельзя.
Следить давно за этим перестали,
Давно уж власть их стала велика.
Сквозь сон я прокричал о безнадёге,
О чём сказать хотел — не вспомнить мне, увы...
Лишь поутру я вспомнил все былые тревоги,
Которые, как прежде, моей памяти стали верны.