Веспасиан стоял, с задумчивым лицом "И с ними Флавий, воин смелый"
на ступеньках, ведущих к Сенату
шёпот лиц, любопытных анклав А.С. Пушкин
нарушал лишь течение мысли,
Что влекла к себе страстным истцом
И как мытарь, незримо, со смыслом
Всё терзала, довлела к легату
Толь души, толи к сердцу
«Всё же Цезарь был прав,
Нет нужды мне со всем притерпеться
Но прослыть одиозным кравцом
То дороже себе, нравы их не исправить
А лукавить и править?
Или прятать под тогой дрожа
Обоюдную сущность ножа?
Есть примеры - Гай Цезарь, Нерон
То же Гальба, упрямый старик
К каждой власти свой собственный лик
Что приносит скорее не личность
Ведь по сути, мы все архаичны
Суть привычек страшней…
Иль юродствовать мне, как Отон
И развратом равняться с сатрапом
К власти рваться, как Цезарь, нахрапом
Свою лошадь вводить мне в Сенат
Утверждая своё превосходство?
Но нарушив условия пенат
Обнаружишь своё с ними сходство
что Сенат? Там чиновники все и мздоимцы
Решено, выжму всё я из них
Да, как губку, вобравшую много воды
пока суха, пусть тянет за двоих
Да и нравы не так уж грубЫ
Мне бюджет пополнять городской
А может всё же прежде свой?
Мелькнула мысль, и тотчас же пропала
Он улыбнулся, вспомнив, как застрял Калигула
В своей повозке, на улице Рима
Отделался испугом он тогда, …
немилость миновала
Хотя печать той почести незримо
Ещё стояла вся перед глазами
О,… как солдаты хохотали
Накладывая в тогу его грязи
уже тогда он понял, что владеть умами
не просто так, а усмирять все дрязги
страной достойно править
Да что Сенат, с собой бы не лукавить
Чтоб за спиной твоей бы не шептали…
Правда дней наших, ох тяжела
Мы упрямы, сиречь, как ослы
Новым Цезарем мне не прослыть
Да и то, не исправишь ведь сплавы
Тайных мыслей, то ли почестей прежних игла
Шьёт, забыв, одиозность всех нравов
Только Время, подскажет кто прав…
Сущность мыслей сплетая в лулавы
Что рубить мне тщеславия мечом
Опираясь на нравы плечом?
Всё одно – «дайте хлеба и зрелищ»
Нет, не исправить и нравы всех лежбищ
Наших мыслей. За спиною всё та же сума
От стыда пламенеет сумах
И горчичное поле цветов
Не спасёт от стремления умов
Жить своей одиозностью нравов
И рубить этот сук, не по мне
Пусть живут, всё как есть, по себе
Да и деньги не пахнут,
Что мне множить их тайны, скорей
Лучше хлебом насытить людей
Чем над златом в безволии чахнуть
Человек простых привычек, присущих
воину, обладатель твёрдого характера и ясного, прак-
тического рассудка, Тит Флавий Веспасиан был
чужд сумасбродств и пороков, которыми позорили
себя его предшественники. Главнейшими его заботами
стали восстановление дисциплины в армии, и приви-
дение в порядок расстроенных финансов. Заботился
о том, чтобы бюджет был бездефицитным. Именно
ему принадлежит знаменитый афоризм: «Деньги не
пахнут»
Интересно, что из Африки, где он был губернато-
ром, Веспасиан вернулся разорившимся. И занялся
торговлей мулами. Сенаторам нельзя было торговать
как нынешним депутатам Госдумы нельзя заниматься
предпринимательской деятельностью. И его прозвали
«ослятником». т.к. торговля мулами считалась почему
- то особенно постыдной.
[Скрыть]Регистрационный номер 0311897 выдан для произведения:
Веспасиан стоял, с задумчивым лицом "И с ними Флавий, воин смелый"
на ступеньках, ведущих к Сенату
шёпот лиц, любопытных анклав А.С. Пушкин
нарушал лишь течение мысли,
Что влекла к себе страстным истцом
И как мытарь, незримо, со смыслом
Всё терзала, довлела к легату
Толь души, толи к сердцу
«Всё же Цезарь был прав,
Нет нужды мне со всем притерпеться
Но прослыть одиозным кравцом
То дороже себе, нравы их не исправить
А лукавить и править?
Или прятать под тогой дрожа
Обоюдную сущность ножа?
Есть примеры - Гай Цезарь, Нерон
То же Гальба, упрямый старик
К каждой власти свой собственный лик
Что приносит скорее не личность
Ведь по сути, мы все архаичны
Суть привычек страшней…
Иль юродствовать мне, как Отон
И развратом равняться с сатрапом
К власти рваться, как Цезарь, нахрапом
Свою лошадь вводить мне в Сенат
Утверждая своё превосходство?
Но нарушив условия пенат
Обнаружишь своё с ними сходство
что Сенат? Там чиновники все и мздоимцы
Решено, выжму всё я из них
Да, как губку, вобравшую много воды
пока суха, пусть тянет за двоих
Да и нравы не так уж грубЫ
Мне бюджет пополнять городской
А может всё же прежде свой?
Мелькнула мысль, и тотчас же пропала
Он улыбнулся, вспомнив, как застрял Калигула
В своей повозке, на улице Рима
Отделался испугом он тогда, …
немилость миновала
Хотя печать той почести незримо
Ещё стояла вся перед глазами
О,… как солдаты хохотали
Накладывая в тогу его грязи
уже тогда он понял, что владеть умами
не просто так, а усмирять все дрязги
страной достойно править
Да что Сенат, с собой бы не лукавить
Чтоб за спиной твоей бы не шептали…
Правда дней наших, ох тяжела
Мы упрямы, сиречь, как ослы
Новым Цезарем мне не прослыть
Да и то, не исправишь ведь сплавы
Тайных мыслей, то ли почестей прежних игла
Шьёт, забыв, одиозность всех нравов
Только Время, подскажет кто прав…
Сущность мыслей сплетая в лулавы
Что рубить мне тщеславия мечом
Опираясь на нравы плечом?
Всё одно – «дайте хлеба и зрелищ»
Нет, не исправить и нравы всех лежбищ
Наших мыслей. За спиною всё та же сума
От стыда пламенеет сумах
И горчичное поле цветов
Не спасёт от стремления умов
Жить своей одиозностью нравов
И рубить этот сук, не по мне
Пусть живут, всё как есть, по себе
Да и деньги не пахнут,
Что мне множить их тайны, скорей
Лучше хлебом насытить людей
Чем над златом в безволии чахнуть
Человек простых привычек, присущих
воину, обладатель твёрдого характера и ясного, прак-
тического рассудка, Тит Флавий Веспасиан был
чужд сумасбродств и пороков, которыми позорили
себя его предшественники. Главнейшими его заботами
стали восстановление дисциплины в армии, и приви-
дение в порядок расстроенных финансов. Заботился
о том, чтобы бюджет был бездефицитным. Именно
ему принадлежит знаменитый афоризм: «Деньги не
пахнут»
Интересно, что из Африки, где он был губернато-
ром, Веспасиан вернулся разорившимся. И занялся
торговлей мулами. Сенаторам нельзя было торговать
как нынешним депутатам Госдумы нельзя заниматься
предпринимательской деятельностью. И его прозвали
«ослятником». т.к. торговля мулами считалась почему
- то особенно постыдной.