Раньше часто набегали
На имение враги,
Женщин в полон угоняли,
Остальным, Бог помоги,
Средь междоусобной битвы
Истреблялся целый род,
Оставляя Землю липкой,
Под мечом гиб весь народ,
И среди такой резни,
Если уцелеет кто,
Убегали в лес они,
На болото, да во мхи.
Вот хозяин был в отъезде,
И соседский тут князек,
Захватить решил поместье,
Поживился всем, чем смог,
А хозяйка молодая,
На сносях была тогда,
От беременности тая,
Без того была слаба,
Но, хозяйки бледный вид
Красоты ей лишь добавил,
Разжигая аппетит,
Тем соседа позабавил,
Думал, изверг, в тишине
Дева рОдит и успешно,
Он, дитя отдав толпе,
Насладится ей, конечно,
Мысли черные носились
В голове, как карусель,
Она в спальне затаилась,
Князь за волосы и в дверь,
Перевез к себе, и в спальне
Верхней башни на ключи,
-Ты смотри, на наковальне
Выбью выродка, молчи!
Что же деве оставалось,
Хоть ори, реви, хоть вой,
Коль под сердцем сохранялась
Капелька крови родной,
А для пущей ей остраски,
Псину в комнату пустил,
В думах выторговать ласки,
Пленницу и не кормил,
-Приласкайте, я молю,
будете царицей, верьте,
стол накрою, накормлю?
-Лучше мне объятия смерти!
-Ну и сдохни, не потеря,
Погляди, что псина ест,
Позабавься это время,
Может, и пройдет протест!
И оставив мяса чашку,
Князь, собаке на полу,
Не дал и воды бедняжке,
В злобе, бешенстве, бреду.
Губы треснули и рот,
От волнения и боли,
Началось течение вод,
Кто не понял, то есть, роды,
То сознание теряла,
То, придя опять в себя,
Время много или мало,
Среди ночи родила,
Ткань сорочки оторвала,
Свила нить, перевязала
Пуповину и во тьме,
Снова впала в забытье.
Псина мясо то не съела,
Пленнице преподнесла,
Можно верить и не верить,
Расплескав бульон слегка,
Много ли ума и смысла
У собаки в голове,
Пуповину перегрызла,
Вылизав дитя везде.
Князь пришел уже под утро,
Пьяный просто в хлам,
Ему мыслить было трудно,
То, что он увидел там,
Женщина была в сознании,
На руке дитя качала,
Псину гладила, а та
На хозяина рычала.
-Вон ублюдка за порог!
Руки протянул, забрать,
Может быть и смог,
Псина кинулась кусать,
Плач ребенка, рык и лай,
Вся наверх сбежалась челядь,
Победил кто, угадай,
Шею выгрызла и челюсть,
Мы описывать не будем,
Ту картину, что предстала,
Кровью был залит весь пол,
Тело князя в ней лежало,
Кто-то выстрелил в собаку,
Благородная княжна
Победительницу драки
В замок свой перевезла.
Пара месяцев проходит,
Возвратился князь отец,
Бросит меч, то, вновь находит,
В самый дорогой ларец
Ту собаку положили,
И в семейный склеп
В почестях установили,
С благодарностью сердец.
Сказка про людей и про зверей
9 декабря 2011 -
Сар Сарнай
![](/images/users/avatars/4e343dec3ad1c3a4a48708c778267498.jpg)
![article2277.jpg](/images/photos/medium/article2277.jpg)
[Скрыть]
Регистрационный номер 0002277 выдан для произведения:
Раньше часто набегали
На имение враги,
Женщин в полон угоняли,
Остальным, Бог помоги,
Средь междоусобной битвы
Истреблялся целый род,
Оставляя Землю липкой,
Под мечом гиб весь народ,
И среди такой резни,
Если уцелеет кто,
Убегали в лес они,
На болото, да во мхи.
Вот хозяин был в отъезде,
И соседский тут князек,
Захватить решил поместье,
Поживился всем, чем смог,
А хозяйка молодая,
На сносях была тогда,
От беременности тая,
Без того была слаба,
Но, хозяйки бледный вид
Красоты ей лишь добавил,
Разжигая аппетит,
Тем соседа позабавил,
Думал, изверг, в тишине
Дева рОдит и успешно,
Он, дитя отдав толпе,
Насладится ей, конечно,
Мысли черные носились
В голове, как карусель,
Она в спальне затаилась,
Князь за волосы и в дверь,
Перевез к себе, и в спальне
Верхней башни на ключи,
-Ты смотри, на наковальне
Выбью выродка, молчи!
Что же деве оставалось,
Хоть ори, реви, хоть вой,
Коль под сердцем сохранялась
Капелька крови родной,
А для пущей ей остраски,
Псину в комнату пустил,
В думах выторговать ласки,
Пленницу и не кормил,
-Приласкайте, я молю,
будете царицей, верьте,
стол накрою, накормлю?
-Лучше мне объятия смерти!
-Ну и сдохни, не потеря,
Погляди, что псина ест,
Позабавься это время,
Может, и пройдет протест!
И оставив мяса чашку,
Князь, собаке на полу,
Не дал и воды бедняжке,
В злобе, бешенстве, бреду.
Губы треснули и рот,
От волнения и боли,
Началось течение вод,
Кто не понял, то есть, роды,
То сознание теряла,
То, придя опять в себя,
Время много или мало,
Среди ночи родила,
Ткань сорочки оторвала,
Свила нить, перевязала
Пуповину и во тьме,
Снова впала в забытье.
Псина мясо то не съела,
Пленнице преподнесла,
Можно верить и не верить,
Расплескав бульон слегка,
Много ли ума и смысла
У собаки в голове,
Пуповину перегрызла,
Вылизав дитя везде.
Князь пришел уже под утро,
Пьяный просто в хлам,
Ему мыслить было трудно,
То, что он увидел там,
Женщина была в сознании,
На руке дитя качала,
Псину гладила, а та
На хозяина рычала.
-Вон ублюдка за порог!
Руки протянул, забрать,
Может быть и смог,
Псина кинулась кусать,
Плач ребенка, рык и лай,
Вся наверх сбежалась челядь,
Победил кто, угадай,
Шею выгрызла и челюсть,
Мы описывать не будем,
Ту картину, что предстала,
Кровью был залит весь пол,
Тело князя в ней лежало,
Кто-то выстрелил в собаку,
Благородная княжна
Победительницу драки
В замок свой перевезла.
Пара месяцев проходит,
Возвратился князь отец,
Бросит меч, то, вновь находит,
В самый дорогой ларец
Ту собаку положили,
И в семейный склеп
В почестях установили,
С благодарностью сердец.
На имение враги,
Женщин в полон угоняли,
Остальным, Бог помоги,
Средь междоусобной битвы
Истреблялся целый род,
Оставляя Землю липкой,
Под мечом гиб весь народ,
И среди такой резни,
Если уцелеет кто,
Убегали в лес они,
На болото, да во мхи.
Вот хозяин был в отъезде,
И соседский тут князек,
Захватить решил поместье,
Поживился всем, чем смог,
А хозяйка молодая,
На сносях была тогда,
От беременности тая,
Без того была слаба,
Но, хозяйки бледный вид
Красоты ей лишь добавил,
Разжигая аппетит,
Тем соседа позабавил,
Думал, изверг, в тишине
Дева рОдит и успешно,
Он, дитя отдав толпе,
Насладится ей, конечно,
Мысли черные носились
В голове, как карусель,
Она в спальне затаилась,
Князь за волосы и в дверь,
Перевез к себе, и в спальне
Верхней башни на ключи,
-Ты смотри, на наковальне
Выбью выродка, молчи!
Что же деве оставалось,
Хоть ори, реви, хоть вой,
Коль под сердцем сохранялась
Капелька крови родной,
А для пущей ей остраски,
Псину в комнату пустил,
В думах выторговать ласки,
Пленницу и не кормил,
-Приласкайте, я молю,
будете царицей, верьте,
стол накрою, накормлю?
-Лучше мне объятия смерти!
-Ну и сдохни, не потеря,
Погляди, что псина ест,
Позабавься это время,
Может, и пройдет протест!
И оставив мяса чашку,
Князь, собаке на полу,
Не дал и воды бедняжке,
В злобе, бешенстве, бреду.
Губы треснули и рот,
От волнения и боли,
Началось течение вод,
Кто не понял, то есть, роды,
То сознание теряла,
То, придя опять в себя,
Время много или мало,
Среди ночи родила,
Ткань сорочки оторвала,
Свила нить, перевязала
Пуповину и во тьме,
Снова впала в забытье.
Псина мясо то не съела,
Пленнице преподнесла,
Можно верить и не верить,
Расплескав бульон слегка,
Много ли ума и смысла
У собаки в голове,
Пуповину перегрызла,
Вылизав дитя везде.
Князь пришел уже под утро,
Пьяный просто в хлам,
Ему мыслить было трудно,
То, что он увидел там,
Женщина была в сознании,
На руке дитя качала,
Псину гладила, а та
На хозяина рычала.
-Вон ублюдка за порог!
Руки протянул, забрать,
Может быть и смог,
Псина кинулась кусать,
Плач ребенка, рык и лай,
Вся наверх сбежалась челядь,
Победил кто, угадай,
Шею выгрызла и челюсть,
Мы описывать не будем,
Ту картину, что предстала,
Кровью был залит весь пол,
Тело князя в ней лежало,
Кто-то выстрелил в собаку,
Благородная княжна
Победительницу драки
В замок свой перевезла.
Пара месяцев проходит,
Возвратился князь отец,
Бросит меч, то, вновь находит,
В самый дорогой ларец
Ту собаку положили,
И в семейный склеп
В почестях установили,
С благодарностью сердец.
Рейтинг: 0
1237 просмотров
Комментарии (0)
Нет комментариев. Ваш будет первым!